Тигр рыкнул, протестуя против ограничения собственного передвижения. Неужели и впрямь понял? Или просто опять голодный?
— Мы уходим. Идем искать вашего потеряшку, — объявил я, молча стянул с груди профессора бейдж, заодно выполнявший роль ключ-карты, и махнул рукой Тио: — Ты тоже со мной.
Смуглокожий джампер с готовностью поднялся со стула, улыбаясь во все тридцать два зуба. Ему похоже тоже осточертело ничегонеделанье, хочет размяться. Что же, сегодня ему представится эта возможность.
Оставив позади компанию ученых и больше ничего не слушая, я вышел в коридор. За мной сразу же шагнул молодой малазиец и лишь спустя секунду выбежал Барсик, одним прыжком преодолев всю лабораторию.
Мы без лишних слов проследовали по переходу, преодолев первое препятствие в виде двойной шлюзовой двери при помощи пропуска Кнабе.
Как только створки с шипеньем разъехались в стороны нам повстречались трупы. В свете люминесцентных ламп в живописных позах раскинулись два охранника и один парень в белых одеждах сотрудника лаборатории.
У последнего в груди виднелась дыра размером с теннисный мяч, последствия поражения шаровой молнии средней мощности. У первых двух ожоги по всему телу, у правого ко всему прочему грудная клетка смята, как от удара пудовым молотом, похоже на результат выброса сырой силы, у левого чернеют выжженные глазницы, результат работы неких чар стихии Тьмы.
Неплохо.
Я кивнул Тио, призывая оставаться настороже, хмуро погрозил пальцем Барсику и зашагал дальше.
Очень надеюсь, что мы управимся до рассвета и мне удастся хоть немного поспать. Завтра предстоял тяжелый разговор с Полиной, на который бы хотелось прийти со свежей головой.
4.
Граница владений клана Мамонтовых.
Научно-исследовательский комплекс компании «Новые горизонты».
Подземный уровень. Минус пятый этаж. 00:36
Сознание мутило, мысли путались, в теле полыхал пожар жгучей боли, а память дробилась кусочками разрозненной мозаики.
Первым из глубины всплыло имя — Густав.
Разум зацепился за набор букв мертвой хваткой, принимаясь выяснять почему оно кажется ему столь знакомым.
От напряжения лоб покрылся испариной, заломило виски, появилось ощущение миллиона иголок, вонзившихся со всей силы в затылок.
Сквозь сжатые зубы вырвался стон. Не выдержав, он остановился, прижимаясь к белоснежной стене. Сверху бил яркий свет, причиняя дополнительную боль уставшим глазам.
Густав.
Он точно знал это имя. И знал очень хорошо. Но откуда? Кто это? И как связано с ним? Может это его имя?
Вспышка озарения пронзила мозг серебристой стрелой. Точно! Густав — это его имя. Так его зовут — Густав Бергман.