От таких замыслов поистине захватывало дух.

Как опытный игрок князь тянул паузу, давая время подумать, обмозговать услышанное.

Но я колебался, потому что трезво смотрел на вещи и понимал, что достаточной сноровки, чтобы нырять в клубок межклановых интриг у меня нет.

Соглашаться на что-то сейчас, значит заранее связывать себя обязательствами. Оно мне надо?

— Ладно, вижу тебе есть о чем поразмышлять, — бывалый дипломат заметил, что «субъект» не готов к конкретному разговору и сдал назад, предпочитая перенести беседу на другое время. — Надеюсь, еще сможем увидеться и поболтать о путях развития цивилизации.

Князь вышел из-за стола, хлопнул меня по плечу на прощание и направился к выходу.

Я молчал проводил массивную фигуру взглядом и уселся обратно, рассеяно ковыряясь в тарелке с телятиной.

Разочарован? Что не смог продавить «мальца» сходу? Возможно. А возможно дело в другом. В чем причина нынешней встречи? Не мог же такой опытный переговорщик думать, что сумеет при первом знакомстве перетянуть на свою сторону едва знакомого ледышку.

Тогда в чем выгода? Пустая болтовня тут точно ни при чем. Персоны подобного ранга не тратят время впустую. Даже если основной план не удался, всегда есть запасной, ведущий к необходимому результату. Пусть и обходным путем.

Может дело вовсе не во мне? Точнее во мне, но не напрямую. Что если одной из целей разговора являлась идея зародить зерно сомнений в разум молодого Строганова? А уж через него влиять на остальной правящий род.

Орлов полагает, что проникшись его замыслом о мировом господстве, я волей-неволей перенесу эти мысли на более влиятельных родственников из состава кланового Совета. Заражу честолюбием, дам ориентир для будущей политики клана.

Раз князь Кирилл уперся, то почему бы не попробовать с другими членами правящего рода?

Логично? Вроде да. Но есть одно большое «но». Личность князья Кирилла. Патриарх Владык Холода далеко не дурак и вряд ли он не в курсе планов «конкурентов».

Сомневаюсь, что идея «опосредственного» влияние вместо силового захвата ему незнакома. И скорее всего я ошибся, предполагая, что в Чертогах Льда не просчитали данный вариант.

Я рассеяно шевельнул ладонью, налетел стылый ветер, закружился задорным вихрем, кончики темных веточек куста стали стремительно покрываться корочкой инея. Порыв колючего мороза прошелся наждаком по щеке.

— Все могут короли, — тихо пробормотал я, с отстраненностью патологоанатома наблюдая, как голый куст превращается в ледяную скульптуру.

Мы тоже не пальцем деланые, Всеволод Юрьевич.

— Господин, — позвала Ласка.