— Верно! А кто тогда встретит Андропова и будет охранять это место? — спросил Лукин.

— Верно говоришь, Жора. Давайте вы с Александром пойдете и проверите все, а я останусь тут. С шефом шутить нельзя.

Сергей Порфирьевич, Саша и полковник Лукин направились — через огород — в сторону леса. Выйдя за ограду, Саша повел всех по проселочной дороге до еле видимой тропинке ведущей в глубину леса. Идти по ней в реальности оказалось куда труднее, чем лететь по тропинке в образе бесформенного существа наделенного сознанием. Ветки елей били по телу, ноги цеплялись за выступающие корни деревьев. Было понятно, почему нет желающих гулять по этой тропинке без веских на то причин.

Наконец, деревья расступились и группа вышла к оврагу. Вокруг самого оврага расположились высокие деревья с разросшимися ветвями образующими густые кроны. Глинистое дно имело желтоват-красноватый оттенок. Недалеко от спуска в овраг они обнаружили глубокую прямоугольную яму с насыпью свежевскопанной глины рядом, с двумя воткнутыми лопатами.

— Я так понимаю, это эти скоты для нашей девочки приготовили? — с ненавистью спросил Сергей Порфирьевич.

— Сергей Порфирьевич! — с упреком сказал Саша старому академику, который только что сдал их всех. — Но да! Я видел как они ее начинали копать.

— Я так и думал, — усмехнулся полковник. — Это ты можешь генералу рассказывать, что яма для Юли, а я сразу понял, что тут что-то очень личное. История с потерей студенческого билета Кати, конечно же, очень интересная, но я не думаю, что ты вошел в трансперсональный перенос ради его поиска. Эти упыри украли Катю? Верно?

— Верно! — вздохнул Саша.

— А ты ее нашел с помощью этого переноса?

— Да!

— А потом приехал и всех убил? — не отставал Лукин.

— Давайте я на этот вопрос отвечать не буду, — сухо ответил Саша.

— Не отвечай, я и так все понял, — улыбнулся полковник, — я и сам бы так поступил. У меня тоже дочка растет. А вылез ты через окно чердака?

— Почему Вы так решили? — угрюмо спросил Саша.

— Оно было неплотно прикрыто. Но я его открыл полностью, чтобы проветрить дом. Специально. А в рапорте напишу, что оно было закрыто изнутри. Не переживай, я на твоей стороне! И запомни, всего в таком сложном плане не предусмотришь, — доброжелательно ответил полковник, — но я не люблю, когда из меня пытаются сделать дурака, — самодовольно добавил он, и Саша понял, что Лукину ничто человеческое не чуждо. Он обычный человек, как и все они.

— Вы расскажете об этом генералу? — спросил Сергей Порфирьевич, переживая за свою оплошность.

— Зачем? Это только мои догадки! Если Саша не оставил там своих отпечатков пальцев, то это совершенно не нужно. Тем более, если никаких прямых доказательств его присутствия там не будет обнаружено, — ответил Лукин.