В центре площади стоял, закрытой круглой железной крышкой, колодец с железным воротом с ручкой. К нему было приковано цепью оцинкованное ведро, стоящее вверх дном.

— Как думаете, эту воду можно пить? — спросил старый академик.

— Если они туда не побросали трупы убитых, то, наверное, можно, — сказал Медведь.

— Давайте посмотрим! Ведро не должно быть внутри грязным, — предложил Саша. Они сняли крышку и опустили туда ведро. После всплеска упавшего ведра, крутя ворот, вытащили полное ведро с чистой прозрачной водой. Орлик тут же заржал, требуя водопой. Все переглянулись и Медведь со словами: — Орлик, прости если что, — налил в поилку возле привязи воды. Орлик принялся жадно пить и потребовал еще. Ему снова налили. Он выпил все и, довольный, снова принялся жевать овес.

— Вроде живой, — сказал Медведь.

— Давайте ее вскипятим, и утром будем пить, если с Орликом все будет хорошо, — предложил Саша. — А пока используем воду, которую принесли с собой. Все согласились и, набрав снова воды, прошли в дом. Там они затопили печь дровами, которые лежали в поленнице на улице. Не смотря на безветрие и то обстоятельство, что печка давно не топилась — тяга в печи была отличная. Помещение наполнилось окутывающим теплом и все приступили к приготовлению ужина, который состоял из тушенки и консервированной красной фасоли. Разогреть решили на сковородке, предварительно поджарив лук.

«Ты про мой шоколад не забыл?» — услышал Саша знакомый голос в голове.

«Нет, как можно, я сейчас!» — Саша тихо вынул плитку шоколада «Цирк», который производила с шестидесятых годов Кишиневская фабрика «Bucuria», положил ее в карман и сказав:

— Я забыл флягу с той стороны ворот, пойду заберу, — направился к выходу.

— Ружье возьми, — сказал, перемешивая фасоль и тушенку, Медведь.

— Конечно, — и Саша вышел из дома, направившись к воротам. Там, с трудом сняв бревно, он тихонько приоткрыл одну створку воротищ и вышел за ограду. Быстро развернув плитку шоколада, он хотел откусить небольшой кусочек. Мечту об этом он нес всю дорогу к городищу.

«Ага. Ты хочешь обокрасть бедного одинокого и несчастного тигра, — услышал он вкрадчивый знакомый голос. — Тебе не стыдно? Ты же не хочешь, чтобы я съел тебя с этой шоколадкой внутри тебя?»

«Нет, нет! — испугался Саша. — Это я автоматически! Куда ее положить?»

«Вон на тот камень — в тень, чтобы она не растаяла на солнце! Я не хочу вылизывать потом этот грязный камень!»

«Вот, пожалуйста!»

«Молодец! Часов в десять вечера, поднимитесь на надвратную башню, я покажу вам, чего вы избежали, благодаря тебе. Только не вздумайте стрелять! — произнес тигр вкрадчиво. — А теперь иди, и флягу не забудь!»