Хрусталев, все это время был сосредоточен на хлебе и его траектории. Именно по этому, стоило ему оценить идиотизм погони стаи птиц как на лице его появилась улыбка, а концентрация слетела.

— Блин! — буркнул Ваня и глянул на деда. — Давай еще!

Очередная погоня, снова стая птиц пытается поймать кусочек хлеба, но теперь Иван уже готов и тщательно следит за своей концентрацией. Слабость начинает подкатывать, но он не сдается. Руки впились в край лавочки, появились первые капельки пота.

— О! А вот и наши перехватчики, — хмыкнул дед.

В этот момент с дерева спустились быстрые и проворные воробьи. Гоняться за хлебом они не стали. Сначала они забавно прыгали вокруг голубей, пытаясь понять, что происходит, а затем парочка нагло спикировала и схватила хлеб.

— Да, блин! — недовольно буркнул парень.

— О, да! Эти, в отличие от голубей, сообразительнее и быстрее, — кивнул старик.

— Еще! — глянул на деда Иван.

— Передохни и восстанови дыхание. Не хватало еще истощение на лавочке в парке поймать, — спокойно произнес старик и полез в карман.

— Слушай, это действительно… сложно, — осторожно произнес Хрусталев наблюдая за стариком. — Как ты придумал эту тренировку?

— Взял и придумал, — пожал плечами Фома. — Сегодня, пока сырники ели.

— То есть…

— Да, тебе без разницы на чем тренироваться. Однако, лучше всего это делать, когда есть конкретная цель, когда у тебя сложная траектория, а еще когда у тебя постоянно усложняется процесс, — пожал плечами дед. — Но так же веселее, так?

— Ну, да, — кивнул Иван и нахмурился, заметив как старик принялся кидать семечки по одной возле пустой мусорной урны. — Дед, спасибо тебе, конечно, но… Я тут задумался.

— О чем?

— О том, кто ты… В смысле, ты ученый или…

— Сложный вопрос, — произнес Фома. — Да, я увлекаюсь наукой и научными разработками. Физика, химия, биология, медицина, генетика…

— Я помню ту крысу, — хмыкнул парень и спросил: — Что ты делаешь?

— О! Смотри внимательно! — усмехнулся Фома.

Вокруг урный уже столпилась группа голубей. Старик же принялся кидать семечки внутрь мусорной урны. Те довольно звонко стукались о стенки. Голуби начали мятся, смотреть на урну и на воробьев, что залетали внутрь, хватали семечки и вылетали оттуда.

— Рано или поздно, самый жадный из них полезет в урну! — подмигнул внуку старик.

— Но он же туда не залезет…

— Залезет, а вот вылезти… — хохотнул Фома.

И в подтверждении его слов один из голубей вспорхнул и кое–как завис над урной, вероятно оценивая возможность выбраться.

— О! Началось! — потер руки Фома и закинул в урну еще одну семечку.