Но моя магия работает. Уже работает!

Ольга снова повернулась к классу.

— Хрусталев, если ты еще раз пустишь этот самолетик, я заставлю тебя телекинезом мыть полы.

— Понял, — кивнул я, хотя внутри растекалась теплая радость.

Семилетки захихикали.

Я сложил руки на парте и посмотрел в окно, пытаясь не улыбаться.

Прогресс есть. И это радовало.

Ольга отвернулась к доске. Семилетки неохотно расселись по местам, бросая на меня завистливые взгляды. Козявочник–пиромант показал мне большой палец. На его кончике, как обычно, лежала маленькая козявка.

Он поджег её, подмигнул мне и вернулся к своему заданию.

Я задумался.

Вспомнил лекцию деда. Вернее, не лекцию, а его пьяное бормотание на кухне пару дней назад. Он тогда сидел с бутылкой коньяка и рисовал на салфетке какие–то схемы.

«Магия делится на стихии,» говорил он, тыча пальцем в салфетку. «Огонь, вода, воздух, земля. Основы основ. Чтобы было гармонично, надо все уметь. Не обязательно на уровне мастера, но базу знать. Иначе ты однобокий дебил.»

Я тогда кивал, жуя сырники.

«Ты сейчас телекинез осваиваешь,» продолжил дед. «Это хорошо. Но дальше надо пробовать стихии. Огонь, воду, воздух. Земля сложнее, с ней потом разберешься. Но остальные три надо хотя бы попробовать.»

Сейчас я сидел и смотрел на козявочника. Тот старательно поджигал очередную козявку, щурясь от удовольствия.

Идея пришла сама собой.

На перемене я подошел к козявочнику. Он сидел на подоконнике, болтая ногами и разглядывая что–то в телефоне.

— Слушай, — сказал я.

Он поднял голову.

— Да, дядь Вань?

— Хочешь суперкозявки? — я сразу перешел к делу. При этом сказал тихо, словно это был какой–то секрет.

Он моргнул.

— Суперкозявки? — в его глазах загорелся неприкрытый азарт.

— Ага. Чтобы не просто горели, а вообще жесть была.

В глазах мальчишки появились огоньки азарта.

— Как?

Я присел рядом с ним на подоконник.

— Смотри. Ты умеешь поджигать козявки, да?

— Ага.

— Значит, у тебя уже есть связь с огнем. А если ты умеешь огонь, то и другие стихии тебе доступны. Просто надо попробовать.

Козявочник нахмурился.

— Другие стихии?

— Воздух, например. Если добавить к огню воздух, будет еще эффектнее. Типа как раздувать костер. Козявка вспыхнет ярче и быстрее.

Он задумался, глядя на свой палец.

— И как это сделать?

— Ты уже чувствуешь огонь внутри, да? Когда козявку поджигаешь?

— Ну да. Как будто тепло из груди идет в палец.

— Вот. А воздух это почти то же самое, только не тепло, а легкость. Как будто ветер внутри. Попробуй почувствовать его. Представь, как он выходит из пальца и обдувает козявку.

Он слушал внимательно, кивая, будто я рассказывал ему самый великий секрет.