— Помилуй, Емельян Андронович. Да где ж я тебе их найду? Ничего про них не знаю, не ведаю.

— Не о том ты думаешь, собака. Сроку тебе три дня. Не принесешь в зубах, всю твою семью под нож пущу, а баб да девок на круг поставлю, пускай, что такое с настоящими мужиками кувыркаться, сведают… Все ли понял?

— Как не понять, — опустив голову, тихо ответил Акинфий.

— То-то же.

Развернулся и, рыкнув мотором, рванул с места, только пыль из-под колес взметнулась. Разом постаревший и почерневший Акинфий сидел на ступеньках дома, тер ушибленные ребра, пытаясь сообразить, что же теперь делать.

А Ворон после немного взбодрившей его встречи прямиком отправился к башне Старогодов. Но тут его поджидал неожиданный облом, от которого он едва не взвыл. Родовая крепость клана Лизаветы оказалась пустой и наглухо заколоченной. Люди ушли. Куда?

— Дерьмо! Твари! Я найду вас, клянусь бездной!

Отпихнув сидящего на месте оператора боевого модуля бойца, он активировал крупнокалиберную пулеметную турель и, ухватив джойстик, принялся расстреливать закрытые железными ставнями окна нижних ярусов башни. А когда под напором сияющей в темноте огненным потоком длинной очереди бронебойно-зажигательных пуль обломки камня и куски металла полетели на землю, он еще и всадил в разбитые проемы пару термобарических гранат, так что вскоре величественное здание занялось от подвалов до верхних этажей.

— Перезарядить, — бросил он подручным, а сам некоторое время молча стоял, дымя очередной самокруткой. В его сузившихся зрачках отражалось пламя пожара. Вскоре жар стал нестерпимым, пришлось отъехать подальше. Затем здание начало с грохотом рушиться, разбрасывая вокруг мириады раскаленных искр. Ворон, насытившись зрелищем, поднял автомат и полоснул по ближайшим домам очередью, выплюнул окурок и сел в броневик.

— Ехай!

— Куда, командир? — осторожно уточнил уже на ходу водитель.

— В Шагол. К деду. Надо порадовать старика новостями…

Возвращение на базу прошло без особых проблем. Перескочив через серебрящуюся в лунном свете ширь Белой, они быстро углубились в горы. И поминай как звали. Искать их в этих лабиринтах — черт ногу словит.

Приземлившись и сложив винты, «Буран» вкатился в пещеру и следом за ним сразу опустился маскировочный полог. Электромоторы шасси замерли, и на минуту вокруг стало непривычно тихо. Скинув шлем с визорами, Март обернулся к сидевшему рядом Курсанту, погладил подросшего уже до неприлично больших размеров зверя по лобасто-ушастой голове. Тот в ответ молча уставился на него своими глазищами.

— Вот скажи мне, любитель рыбов, куда тебя так распирает? До каких пор ты собираешься укрупняться?