Вся процедура оказалась проста. Аструм сначала взвешивали на контрольных весах самого Хранилища, затем пересыпали в прозрачные емкости, сканировали, проверяя, а затем перевешивали уже на своих весах. Все четко, быстро, деловито.
— По итогу вышло на сорок грамм больше. Не проблема, добавлю, сколько надо.
— Теперь эта часть. Условия те же. Тут примерно двадцать пять килограмм.
— Если все с ним в порядке, заберу без проблем. Да, по той же цене.
Вахрамеев даже на миг задержал дыхание, когда сканер принялся просвечивать кристаллы. Но все они заискрили чистейшей лазурью, наполнив и без того хорошо освещенное пространство бункера особым сиянием, от которого на миг воздух наполнился свежестью и озоном, будто после дождя.
— Почти двадцать пять. Без семидесяти трех грамм. Это еще один миллион пятьсот двадцать пять тысяч пятьсот тридцать две марки золотом. Куда закинуть деньги?
— Всю сумму на мой счет. Я его сегодня для этой цели и завел.
— Без проблем. Лови.
Почти сразу же пискнуло сообщение на комме.
«Ваш счет пополнен на 21 577 100 ганзейских золотых марок».
— Все в порядке, деньги у меня, — тыкнув по ссылке, указанной Вебером, он сразу перебросил 17 миллионов на счет «трудовиков», и опять почти мгновенно пришло сообщение: «Средства получены. Прощайте».
Шурави, посмотрев на Марта, без улыбки спросил:
— Если вопросов больше нет, то мы уходим.
— Конечно, было приятно с вами сотрудничать.
— Не последний раз, завтра к обеду приезжай ко мне, обсудим пару тем.
— Обязательно буду.
Бойцы клана окружили своего лидера и платформу с особо ценным грузом и отчалили наверх.
Машина-Бомбер, все это время стоявший в сторонке и с интересом наблюдавший за происходившим, подошел к Марту и похлопал его по плечу.
— Поздравляю, ты едва появился в Гавани и уже становишься легендой. Такой куш…
— Большая часть этих миллионов мне не принадлежит. Но кое-что да, точно на карман упало.
— И что думаешь дальше делать?
— Питер, вы говорили, что можно вступить в «дачный кооператив у моря", — процитировал он запавшие ему в память слова хозяина 'Койота», — и получить свою долю, ангар и прочие ништяки.
— Это не так просто. Не все решают деньги. Но все возможно. Поднимемся ко мне в кабинет и там все обсудим.
— Я только за, поехали.
Пока поднимались наверх, Машина-Бомбер предпочитал отмалчиваться. Да и Марту было о чем подумать в тишине. Он ведь только что стал очень не бедным человеком. Эта простая, в сущности, мысль еще не успела в нем поселиться. Да чего уж там, даже извечная тревога богатых о сохранности нажитого непосильным трудом капитала не зацепилась за сознание и не приобрела некоторую власть над ним.