- Люди… - с отвращением и некой брезгливостью проговорил монстр, отворачиваясь от Сергея. – Вечно считают себя венцом творения, засовывают свой нос не в свои дела…

- Где череп?! – громко повторил Сергей.

- Нет до тебя мне дела, - посмотрело на Сергея Лихо. – Ни живой, ни мертвый… Лишний ты здесь… - чудище снова собрало пригоршню костей и, с высоты своего роста рассыпая их на поляну, проговорило: - Днем не увидишь, лишь во тьме, присевши на трухлявом пне…

Сказав это, монстр ушел в чащу леса. Сергей видел, как тот раздвигал стволы деревьев, чтобы пройти, и только тогда, когда чудище полностью скрылось, он понял, что провел все эти минуты общения с ним, словно пребывая где-то не здесь. Казалось, все, что он только что видел, было лишь сном, оттого он и перестал бояться. Но все это происходило на самом деле: груда костей, что находилась прямо перед Сергеем, была настоящей; и все те люди, чьи останки теперь служили ковром на огромной лесной поляне, когда-то давно были живыми и имели неосторожность заблудиться в лесу; и это одноглазое, жуткое существо, о котором Сергей никогда ранее даже не слышал – тоже было настоящим. Все в Нави было настоящим, просто не там, где привычно – в ином мире, в ином измерении. И в этом измерении где-то сокрыта душа сына Сергея.

Он обернулся, но не увидел за своей спиной ни одного из тех призраков, что были там минуту назад. Посмотрел на поляну из костей, но и ее Сергей больше не увидел – теперь перед ним была густая чаща леса. Еще более непроглядная, чем до этого. Сергей понял: Лихо сдержало свое слово и дало ему подсказу о местонахождении черепа ведьмы, но оно вовсе не обещало выпустить его из леса. Оглядываясь, чтобы понять, куда же именно ему идти, Сергей пришел к окончательному выводу: он заблудился, а потому выбранное направление не имело никакого значения.

Определить свое местонахождение по мху, как тому учили в детстве, было невозможно, потому что мох рос со всех сторон деревьев. Когда же тьма стала опускаться на Навь, Сергей достал из кармана телефон и фонариком принялся освещать себе дорогу, которой здесь как таковой не было. Ноги заплетались, руки были изранены колючками, злость и отчаяние брали верх над здравым рассудком. И все же он шел, потому что останавливаться здесь – даже непонятно где – уж точно было не лучшим вариантом.

Стемнело почти полностью, когда Сергей заметил то, о чем говорило ему одноглазое чудище: вдалеке за кустами был огромный гнилой пень. Сперва в голову пришла бесполезная мысль: а откуда в этом заколдованном лесу вообще может быть пень, если деревья здесь никто не вырубает? Но, подходя к пню ближе, Сергей понял, что на самом деле эта информация его совершенно не интересует. Пень и впрямь был огромным, но никаких поваленных деревьев и уж тем более таких больших Сергей нигде не видел. И все же Лихо ему не солгало…