Воцарилась тишина. Все в ожидании смотрели на женщину.
— Сильва Контер, кого ты поддерживаешь в данной схватке⁈
— Сильва Контер, кого ты поддерживаешь в данной схватке⁈ — на все тысячи присутствующих людей воскликнул я, устремив свой взор на побелевшую женщину.
В непростой ситуации она оказалась. Если она выберет секту, то я сдержу свое обещание в случае победы. Она может отправляться куда угодно, места в доме Крейн ей не будет, даже если ко мне придет лично Рамей Контер.
Но и если она прилюдно отречется от секты, нося под сердцем ребенка главы, то в случае моего проигрыша её судьба будет незавидной. Люди не примут её как мать главы и избавятся, как только ребенок родится. Сильва Контер оказалась между молотом и наковальней.
Она молчала, Пан Ланис что-то ей говорил, отчего она бледнела ещё сильнее.
— Я жду! — вновь воскликнул я. — Если ты не ответишь, «сестра», это значит, что ты выбрала сторону врага и предала свой дом.
От услышанного её лицо дернулось, словно я дал ей незримую пощечину. Она стала подниматься, и Пан постарался её одернуть, но не сумел сделать это так, чтобы было незаметно со стороны. Сильва подошла к краю площадки и посмотрела на меня сверху вниз.
— Я услышала тебя, «брат», и знай, что… — её голос дрогнул, она оглянула тысячи людей, чье внимание было приковано к ней, и понимала, что, скорее всего, дальнейшие слова могут сделать её их врагами. — я… я, Сильва Контер, на твоей стороне. Пусть секте Несокрушимого Алмазного Солнца воздастся по заслугам!
Пан, услышав это, скривился и раздосадованно покачал головой, другие тоже смотрели на женщину с презрением, а Сильва сделала глубокий вдох и с гордо поднятой головой вернулась на свое место. Толпа при этом осыпала её проклятиями и негодованиями, возможно, даже большими, чем меня.
— Услышано, — сказал я, разворачиваясь к противнику.
Что ж, Сильва, это был правильный выбор и очень смелое решение. Я ожидал, что под воздействием толпы и угрозами от Пана, а они несомненно были, она сломается и останется на стороне секты, но она выдержала и выбрала семью.
К этому моменту с противоположной стороны арены уже выходил мой противник. Он явно любил внимание толпы и махал зрителям, а те в ответ осыпали его овациями, ведь он был своим, воином, который сражается за секту, хоть я и не уверен, что он действительно её член. Может, это просто наемник, которого временно приняли в секту, чтобы тот отстаивал её честь.
Мужчина остановился в тридцати шагах от меня и, стукнув древком о каменный пол арены, пренебрежительно хмыкнул. Стоял бы я ближе, думаю, он бы плюнул мне под ноги, чтобы выказать свое отношение.