Я заглянул внутрь себя, попытался найти хоть какие-то эмоции, но не мог. Я должен был что-то почувствовать, знал, что должен, но не чувствовал. И самое ужасное, что даже волнение и ужас от осознания этого не приходили.

— Со мной что-то не так, Рю.

— Ага, именно об этом я тебе и толкую. Ты — это не ты, Нейт. Просто ты… самая разумная часть тебя, которая считает, что ты это ты.

— Хочешь сказать, что без него я неполноценен и не смогу жить?

— Смотря что ты понимаешь под словом «жить». Ты вернешься в свое тело, но именно таким, какой ты сейчас. «Умиротворенный», — последнее слово Рю произнес с сарказмом. — Ты больше не сможешь любить, ненавидеть, все мирское станет тебе безразлично — друзья, семья, женщины и выпивка. Какой вообще смысл жить, если не можешь наслаждаться женщинами и выпивкой? Скажу тебе по секрету, это самое неприятное в бытие духа!

Наверное, тут я должен был улыбнуться, но опять же, мне было сложно себя заставить это сделать.

— А если бы победил он?

— И убил тебя? То в тело бы вернулся именно этот монстр и, наверное, устроил бы кровавую резню всего живого. Так что я рад, что победителем в этой схватке вышел именно ты, потому что убедить его пощадить тебя было бы… проблемно. Если вообще возможно. Вы свет и тьма, дух и плоть. Помешать тебе убить свою темную суть я не могу, но скажу, что это не выход. То, чем ты станешь в итоге, пусть и не ужасно, но и чем-то хорошим назвать язык не повернется. Знавал я воинов, которые как и ты проходили третью закалку, которые отвергали тьму, изгоняли её из себя и становились совершенно другими людьми. Мудрыми, сильными, но лишенными главного, что делает воина воином — воли. Я помню, как у одного такого сына убили прямо на глазах, а он даже не пошевелил и пальцем. Ты такого хочешь себе, Нейт? Такой «жизни»?

— Наверное, нет.

— Рад это слышать, — облегченно выдохнул Рю.

— И что же тогда мне с ним делать?

— Ты знаешь.

Я посмотрел на демона и понял, что действительно знаю.

Развеял меч, опустился на одно колено перед ним и положил демону руку на грудь. Он забился ещё яростнее, чем раньше, зарычал, пытался укусить, но все тщетно. Его кости стали трескаться под моей ладонью, раскалываться и вонзаться в мою руку, а затем растворяться в ней.

Я поглощал его, делал частью себя, и уже через минуту мы стали единым целым. Больше на мне не было ханьфу, но была костяная броня, слегка жутковатая и напоминающая тело демона. Дотронулся до лица, но вот оно было совершенно обычным, если не считать рогов как у Юл.

И когда это завершилось, я осознал, какую ошибку чуть не совершил.