Но, наконец, все было готово, телефоны обновлены, станция доработана. Теперь можно было с уверенностью сказать, что никакой ушлый чернокнижник не вторгнется в связь и не отрежет аппараты от станции.

Один мобильник ушел Алексу, и теперь связь с Густавом у них поддерживалась постоянно. Еще по одному аппарату я думал отправить старостам, но после обсуждения с капитаном временно отложил идею в стол — слишком рано выпускать военную разработку на гражданский рынок.

Сидя в столовой, я помешивал ложкой в чашке и, подперев подбородок, читал ответное письмо Блэкланда. Алан искренне благодарил за добытые мной сведения и аккуратно наводил справки, нельзя ли присоединиться к ассоциации.

Стоило поставить этот вопрос на голосование. В конце концов, деньги Блэкландов могли бы нам пригодиться. Заммен выслал документы, и я уже посмотрел их. Как и обещал Томаш, все бумаги были в порядке. Можно хоть прямо сейчас ехать в шахты на добычу угля. Но спешить с этим я не собирался.

Что я вообще знаю о горном деле? Как и все, пожалуй, ничего толкового. В голову приходили только вагонетки, рельсы, каски и почему-то канарейки. Но как в этом замешаны птицы, не вспоминалось.

Еще раз просмотрев письмо Алана, я свернул бумагу и отложил в сторону. Судьба Петера Зальца отныне в руках Блэкландов, и мне нет повода о нем беспокоиться. Вряд ли Томаш спросит нас, кого назначить новым графом, если Алан пустит информацию по официальным каналам, так что повлиять на ситуацию я никак уже не мог.

К благодарственному письму прилагалась аккуратная деревянная шкатулка. Барон Черноземья счел нужным подкрепить мою лояльность вполне осязаемой наградой.

Откинув крышку, я заглянул внутрь и усмехнулся.

На бархатной подушке лежало колье с гроздью крупных изумрудов. Никакой магии в украшение не вложено, но это правильно — я и сам артефактор, и предлагать мне чужое изделие со стороны барона выглядело бы завуалированным оскорблением моим навыкам. Все же между двумя аристократами немного иные правила общения, чем между магами. Повертев колье в руках, я улыбнулся еще шире — на центральном камне, самом крупном, нанесена гравировка с гербом Чернотопья.

Да уж, расчет Алана правильный. Подарок не для меня, а для моей супруги. Если бы барон отправил мне какой-нибудь перстень, это одно дело. Но он дарит колье моей жене, да еще и украшенное моим гербом. Отказаться от такого подарка — отказать собственной супруге в безделушке, которой она достойна.

Продолжая улыбаться, я уложил колье обратно и расправил его на ткани. Потом презентую Дие, она порадуется. А то в нашей глухомани для нее ничего подобного давно не происходило, не брать же в расчет приезд аристократов для создания ассоциации — это было сугубо деловое мероприятие.