— Родика. На удивление без ошибок, — повернулся к моей подруге инструктор. — Хочу сказать, что в этом тактическом симуляторе у бойцов есть специальное зеркало для заглядывания за угол. Ещё специальные части иногда используют камеру со световодом — позволяет осмотреться за препятствием, не обнаруживая себя: просунуть под дверь или сквозь замочную скважину… Но можно и так, особенно если есть риск немедленной перестрелки.

— Я только выполняла то, чему вы нас научили, — скромно потупилась суккуба, больше не для учителя, а для других участников клуба: Марила, Фабио и Лазарь отреагировали на похвалу златовласки вспышками раздражения и… да, пожалуй, ревности.

— Это как раз то, что требуется, — покосился в сторону парней и полячки Абрамов. Физрушнику эмпатия была не нужна, хватило выражения лиц и поз. — Импровизация — это хорошо и уместно, но только тогда, когда вы твёрдо усвоили базис. А то благоприобретённые рефлексы однажды сыграют с вами злую шутку. Клавель, Войде, Нгобе и Нанао, это я вам говорю.

— Тогда пусть в следующий раз командует Мира, раз она такая… без рефлексий, — мексиканец, как обычно, не смог промолчать. И, как всегда, добился строго противоположного:

— О как. Кажется, я слышу наконец голос разума, — напоказ умилился русский. В исполнении двухметрового амбала «умиление» вышло особенно гротескным и смешным. — А то твои вопли «мужики должны командовать» меня, честно сказать, начали утомлять. Подозреваю, что не только меня…

— Наконец-то! Отмучились, — не прошло и десяти минут, а Клавель уже успел забыть, как чуть ли не на коленях выпрашивал у Абрамова «ну ещё разок, для реванша». — И выходной завтра, счастье-то какое… Иге, пошли на свидание.

— А чего сразу не в постель? — фыркнула африканка.

— А ты согласна? — просиял мексиканец, распахивая объятия, но остановился, когда внучка шамана сунула ему под нос оттопыренный средний палец.

— Вон, Марилу пригласи, — в качестве компенсации предложила девушка.

— Мара? — повернулся к польке «мачо». Полька честно задумалась, а потом двинула однокашнику в глаз. Точнее, попыталась — Клавель без особого напряжения удар даже не отбил, а поймал ладонью.

— Это значит «да» или «нет»? — деловито уточнил мексиканец, и вынужден был ловить ещё и ногу. За лодыжку. — Ух ты! Милые круже…

После чего вынужден был отпустить добычу и отпрыгивать спиной вперёд на добрый метр: залившаяся краской и пышущая чёрной злобой полька едва не расцарапала парню лицо.

— Конченый кретин, — вздохнула Иге. — А ещё спрашиваешь, почему с тобой встречаться никто не хочет.