[*И. В. Сталин, 1940 год.]

21.

Самым сложным оказалось успокоиться и заставить себя думать конструктивно… М-да, «успокоиться». Получалось, честно сказать, не очень. Умом я понимал, что частично разделил полученный Куроцуки «откат» от работы с памятью, и что Мирен тоже не слабо так зацепило. По-хорошему, надо было просто подождать, пока мозги на место встанут, но…

— Куро-тян, ты говорила, школьный холд на острове, и ты добиралась сюда на пароме? — поинтересовался я.

Логика: если не хочешь в чём-то участвовать — надо делать ноги. Раз путь через тоннели Перевозчиков закрыт в связи с их ограничением по возрасту…

Юки-онна немного взяла себя в руки и послала череду образов — комментировать словами было сейчас выше её сил. Да и «картинки» получились немного дёрганные. Однако — вполне читаемые. И даже более того:

— Твою мать…

Ну, что сказать? От увиденного у меня даже гудящая пустота в голове слегка съёжилась и отступила. Даже не знаю, что тут больше впечатляло. То ли подземный пешеходный туннель длиной более километра, со всеми положенными надписями, аварийными щитами, дверями в стенах на манер бункерных — с круглыми штурвалами и индикаторами давления, температуры и влажности (спасибо, что не радиации!), то ли — то, что скрывалось за находящейся у дальнего конца тоннеля ультрасовременной проходной со знакомыми считывателями для ладони и парными раздвижными дверями из бронестекла.

Между дверей клубилась туманная дымка границы холда — неизвестные строители всё подогнали так, что шлюз выглядел, как камера дезинфекции на космическом корабле. Если не знать, из-за чего в воздухе висит сплошная белёсая каша без цвета и запаха — хрен догадаешься, что это граница свёрнутого пространства. Кстати, Нанао проходила стену купола безо всякого ключа — только руку прикладывала, и всё. Дальше, уже снаружи холда, располагались эскалаторы, как в метро, которые выводили…

Блин. Как бы объяснить-то? Вот представьте, что компания вроде «Гугл» или «Майкрософт» решила открыть себе новый офис, причём построить всё с нуля — вместе с жилыми домами, офисами из стекла и металла, улицами, фонарями, прочей инфраструктурой. Словно город в миниатюре — свой деловой центр, свои рекреационные зоны (не одна, а несколько!), свои технические парки, своя электростанция и прочие подобные сооружения. Куроцуки успела за три прохода по поверхности разглядеть и трубы, и решётчатую башню непонятного назначения, и стоянку строительной техники — перед первым триместром тут кипела стройка не хуже, чем на территории «Карасу Тенгу», а теперь все технические и утилитарные элементы пейзажа аккуратно загораживали или здания, или зелёные насаждения, или элегантные заборы. Ах, да — вся эта красота располагается на острове примерно трёх километров в диаметре — с вынесенными с одной стороны далеко в море бетонными пирсами морских причалов.