— Никогда б не поверил, если бы не видел своими глазами, — только и сказал я, пока напарник заводил двигатель.

— Я до сих пор не верю, — пробормотал Юрка. — Но — верю, мать его… Вот ведь сукин сын этот Каращук…

— Знал?

— Конечно, знал. Что Серёга оборотень — знал. И про то, что он может усиливать и открывать пробои — знал. Правда… правда, Серёга сказал, что Каращук лучше, чем может показаться. И знаешь… Волкову я верю, — он, прищурившись, посмотрел на меня: — Расскажешь Богданычу, что мы ездили сюда?

— Он и сам уже скорее всего знает, — предположил я.

— Я не об этом. Я о тебе.

— Тогда спрошу — а как ты хочешь?

— Не знаю, — буркнул напарник, разворачивая «козелок». — Вот правда — не знаю. У меня какое-то… опустошение, что ли. Я узнал всё, что хотел. Но не скажу, что мне от этого легче…

— Думаешь, Каращук «примет меры»?

— Да вот пофиг, честно! — мельком глянул на меня Юрка и крутанул руль, выравнивая машину. — Знаешь, я завидую Волку. Он сейчас в стороне от всех этих интриг. Как вольный волк — делает, что хочет. Кажется, у него и девчонка есть — прямо не сказал, но по глазам видно… как и у тебя, кстати.

Я хотел было возразить — но впервые за всё время, что называется, «язык не повернулся». Промолчал.

Он прав. Она у меня есть. Я могу не любить её, мы можем собачиться — но Люба и правда у меня есть…

— Знаешь, я тебе так скажу, — подумав, решил я. — Спросит — скажу. Не спросит — а не пошёл бы он. Но, мне кажется, он и сам всё знает. Иначе как объяснить, что оборотня в Виковщине велено не трогать?

— Да, наверное, — рассеянно протянул Юрка. Видно было, что тем для размышлений ему на сегодня точно хватит…

На КПП нас не задержали. Неужели Каращук прошляпил? Может быть… хотя более вероятно, что он выжидает. Не тот он человек, чтобы что-то упускать из виду.

В «Турист» мы, конечно же, не пошли. Юрка выглядел совершенно выбитым из колеи, ушёл домой, даже машину просто во дворе оставил. Уж не знаю, что он там собирается делать — может, пивом нагрузится, а то и водочкой, может, спать завалится… Сегодняшний день всё ещё в нашем распоряжении — тут Каращук, думаю, слово сдержит.

Повезло — по пути от Юрки заглянул в «Столовую № 1» и успел поесть, пусть и остатками перед закрытием. В «Турист» уже неохота, да и что там одному делать? Конечно, компания найдётся, но с людьми я схожусь неохотно, так что расслабиться точно не выйдет. Ладно — значит, в общагу. Есть повод лечь спать пораньше — не исключено, что день завтра будет бешеный. Хотя, после сегодняшнего ещё можно поспорить…

В общаге меня ждал сюрприз — не то чтобы неприятный, но странный. На моём этаже, прямо напротив лестницы, вдруг обнаружилось зеркало, которого там никогда не было — ничуть не старинное, обычное настенное советских времён, вроде того, что я видел в кабинете Каращука. Явно не новое — по краям видна чернота, царапин много… Возможно, много лет провисело где-то, а то и в кладовке лежало.