Люди окружали человека лет пятидесяти, а то и постарше, лежащего наполовину на вытоптанной тропинке, наполовину на недавно скошенной траве. Человек, на вид точно такой же работяга, как и остальные — холщовые штаны, замызганная куртка, — лежал, подтянув ноги в рабочих ботинках и прикрывая одной рукой живот, другой глаза, и тихонько скулил. Рядом валялась видавшая виды кепочка.

Решительно отодвинув кого-то, Юрка подошёл поближе, нашёл взглядом в толпе Давида, хозяина «Волги», крупного кавказца лет под 60:

— Дато, вы тут что его, ногами били?

— Ты что, дорогой! — почти не деланно оскорбился Давид. — Стоял, ел, выпил. Потом начал орать. Он уже давно так, каждый день приходит, чуть примет — и начинает… А сегодня вообще с этих… с катушек сорвался.

«Стоял» — столики в «Волге» высокие, без стульев. Вот не понимаю, в чём прелесть есть стоя, да ещё и водяры набулькиваться в жару?

— Так что, не первый день бузит, что ли? — Юрка нагнулся к лежащему, убрал его руку от глаз — тот заскулил погромче и снова прикрылся. — А раньше что не вызывали?

— Дык, на людей-то не кидался, — осторожно вставил один из работяг, судя по виду — из мастерских. Они часто ходят на обеде сюда или в «первую», им близко. — Выпьет и ноет. А сегодня…

— А сегодня — аж порвало его, — вставил другой, помоложе. Молодой и при том не колдун, а рабочий — значит, скорее всего, из «провалившихся». У этих колдовских сил нет и не может быть, колдовство — признак именно этого мира. — Прям завыл, что в городе чуть ли не Антихрист вот-вот появится, или уже появился…

— То ли непонятно кто, то ли непонятно откуда, типа того, — уточнил первый.

— Выл, дорогой, кидался на людей, мы вас вызвали, — примирительно сказал Давид. — А он вырвался, выскочил, и тут и упал… Вот поднимаем — не встаёт.

— А в другие дни, до этого, то же самое было? — уточнил я первую из фраз, сказанных Давидом.

— Ну да. Но обычно ныл, а сегодня…

— Он у тебя который день узюзюкивается в сопли, а ты ему который день наливаешь, — набычившись, сказал Юрка. — Закрыть бы твою забегаловку хотя бы на месяцок…

Было видно, что Юрка ничуть не шутит. Работяги загалдели, Давид всплеснул руками — дескать, сегодня «пророк» и не пил почти, и разговор пошёл было в иное русло, но напарник быстро отсёк трёп:

— Так, отведите эту жертву в медпункт. В любой, можно в ваши мастерские, это ближе всего… Дато, — он обернулся к хозяину, — учти, да? Ещё один подобный вызов — вот зуб даю, закроем тебя… Пошли, мужики, только время зря потеряли…

Я задержался, вытер со лба пот рукавом, глядя, как поднимают упавшего. Интересно, он и правда почти не пил? Если да, то Давид, выходит, всё же начал торговать палёнкой…