Покрепче схватила, изо всех сил потянула и вытащила…
Вовсе не золото.
Кувшин. Высокий, пузатый, с узким горлышком и витой ручкой. Очень грязный. Откидная крышка на круглой петле была закрыта. Ольга подцепила её пальцем, и та поддалась, откинувшись с тихим щелчком. Внутри было пусто.
— Ничего, — княгиня озвучила очевидное.
Воля молчала.
— Совсем пусто, — повторила Ольга. — Ни золота. Ни серебра. Ни копеечки. Просто кувшин. Кажется, бронзовый.
Она перевернула находку и потрясла. Ничего.
— Ну, — Ольга нервно хмыкнула. — Судьба у меня такая, видимо.
Воля ей не ответила.
— Ты где там? — осторожно позвала княгиня, устало опускаясь на траву. — Ещё не сбежала?
— Здесь, — отозвалась подселенка. Её мысленный голос был тихим и совершенно подавленным. —Я думала… Там золото.
— Да уж. И меня убедила. Я даже поверила.
— Я была в этом уверена!
— Соболезную.
— Я… Я не понимаю.
Ольга сидела с кувшином в руках и смотрела на дыру, которую выкопала. Глубокая и кривая.
— Оставь его здесь, — сказала ей Воля.
— Что?
— Кувшин. Он пустой. Зачем он тебе? Абсолютно не нужен.
Ольга посмотрела на кувшин. Потом на яму. Потом снова на кувшин.
— Нет, — твёрдо изрекла она.
— Почему?
— Я сегодня особенно жадная. И не фыркай. Я его выкопала, мне и решать, что с ним делать.
Она подхватила кувшин под мышку, вытащила из ямы лопату, поднялась, оглянулась и замерла.
У ближайшего валуна что-то медленно и плавно шевельнулось. Змея?
Что-то большое.
— Козочка… — прошептала Воля. — Там…
— Вижу.
— Светлячка оживи.
Ольга щёлкнула пальцами. Искра вспыхнула ярче, чем раньше. Волынская подняла руку, заставив её взлететь выше, и свет упал на валун.
Из его чёрной тени выползла медная сороконожка.
Толщиной в руку Ольги. Длиной — с саму Ольгу. Её панцирь тускло блеснул в свете светлячка, отливая медью. Много-много сегментов, и под каждым — пара длинных, суставчатых, с загнутыми коготками ног. Или лап?
Тварь медленно приподняла переднюю часть тела, как кобра перед броском, и угрожающе зашипела.
— Ваша светлость, — выдохнула Воля. —Кажется, ты ей не нравишься.
— Замечательно.
— И топора у нас нет.
— Я успела заметить.
— И Пустоту ты оставила дома.
— Даже не начинай!
Сороконожка бросилась на княгиню. Ольга стремительно отскочила, споткнулась, едва не свалилась в выкопанную своими же руками яму и уронила туда лопату.
Прекрасно.
Тварь развернулась и бросилась снова. Ольга отшатнулась, и жвала щёлкнули там, где секунду назад была её нога. Раздался громкий щелчок, как будто сломали сухую ветку.
Упорная сороконожка снова бросилась вперёд. Ольга опять отскочила, споткнулась о камень, упала на спину. Кувшин покатился по траве. Сороконожка застрекотала — и поползла к нему.