— Вообще­то я тебя хотел спросить не об этом, — оборвал восторженные речи друга Марк.

Ветер захлебнулся на полуслове и недоуменно посмотрел на Одина. О чем он? Что еще можно спрашивать, когда речь идет о космосе, читалось в его глазах.

— Я хотел спросить, как это в первый раз в открытом космосе в пилотском кресле? — осторожно поинтересовался Марк.

Ветер нахмурился, насупил брови, словно напряженно о чем­то размышлял, затем лицо его прояснилось, и он воскликнул:

— Ах, ты об этом. Пустяки. Не стоит даже волноваться.

— Постой­ка, как это пустяки. Как это не волноваться, — не смог сдержать удивления Марк.

— Друг мой, у тебя какой налет на тренажерах?

— Тысяча двести двадцать два часа, именно на «Молнии», — тут же ответил Марк.

— Так чего ты боишься? В космосе то же самое, никакого отличия.

— Как это никакого отличия? — удивился Марк. — А если что не так пойдет, а если я не справлюсь. Рядом не будет инструктора, который сможет вмешаться и исправить положение.

— Дорогой мой, ты же, когда садишься за руль, мамочку с папочкой не зовешь с собой, чтобы они тебя на всякий случай подстраховали? Вот то­то и оно. Здесь то же самое. Если научился, то этот навык у тебя останется, и тебе помощники за спиной будут не нужны. К тому же открою тебе ма­а­а­аленький секрет, в каждую «Молнию», да что там в «Молнию», в любую машину встроены системы автокоррекции, если ты будешь очень сильно фолить…

— Что делать? — переспросил Марк.

— Делать ошибку за ошибкой, то система просто тебя будет исправлять и показывать, где ты ошибаешься. Вернее, тебе покажут правильное решение проблемы, а уж ты будешь решать последовать совету или нет. Эту бортовую систему называют «Хозяин». Ее ставят только на корабли, скажем так, новичков, таких как ты и я.

В голосе Ветра чувствовались покровительственные нотки.

— И много тебе помог этот «Хозяин»? — спросил Марк.

Почему­то его сильно обидел и напряг тот факт, что над ним установили программу­надсмотрщик, которая будет полностью руководить его полетом и будет давать рекомендации и выставлять оценки его мастерству.

И куда­то тут же делась вся его боязнь, растворился мандраж, осталась только злость и желание доказать всему миру и в первую очередь самому себе, что он может, он справится, он выдюжит.

— Да я не обращал на него внимания. Мало ли что он там мне говорит. Главное, как я вижу ситуацию и понимаю ее решение. И все. Никакой «Хозяин» не поможет тебе во время боя, никакой «Хозяин» не спасет тебя от излучателей врага… Только ты сам, только твой мозг, только твое сознание…