Хха вновь взглянул на жеребца и вновь зачаровался. Таких великолепных лошадей хайова видеть еще не приходилось.

Жеребец был мастью черен, как илистое дно в безлунную полночь. Высокий, с точеными ногами, великолепной формы бабками, неповторимым изгибом шеи. Весь лоснился, не только вычищенный, но и смазанный чем-то не по-конски ароматным. Не жеребец, а украшение какое-то, живое и огромное. На взгляд Хха, слегка портили коня странновато подстриженная грива и хвост. Впрочем, если такая мода — в цивилизованном городе с этой модой последний ум утеряли — то королевским конюшням и надлежит быть наиболее моднее и замысловатее.

…— Но не кроет, — мрачно повторил конюх с разными глазами. — Жрет как матерый аванк, а крыть не хочет, хоть на месте ты умирай. Даже не смотрит на кобыл. Вчера вот… эх, да что там говорить!

— Должен крыть, — кратко и отстраненно молвил главный конюший.

Хха не понимал. Нет, конечно, жеребенок от такого черного красавца уйдет за добрую сотню «корон» уйдет, а то и дороже. Но к чему такая мрачность и спешность? Можно подумать, если сегодня случку не устроят, конюхов на кол посадят. У Большого рынка на колах сейчас трое сидят. Не конюхи, естественно, а невнятные злодеи, но зрелище все равно неприятное. Насчет казней законы в Калатере многоумные, все расписано, все по тем правилам, что еще лорд Дагда завещал, а мудрый лорд знал толк в наказаниях и пытках. Это все правильно, без казней не бывает, но отчего тела через денек не снять? Вонища невозможная, а рядом пироги продают.

Через воспоминания о пирогах отгадать причину беспокойства конюхов не удалось, и Хха вернулся к изначальным мыслям. Жеребец раздражен, но здоров. Это вроде бы очевидно, конюхи не могут не видеть.

— Яйцами он здоров. Кажется, просто не хочет сегодня, — осторожно предположил не-шаман. — Не в настроении. Может такое быть?

Конюхи помолчали, потом толстый конюх сокрушенно вздохнул:

— Может. Отчего же нет, ежели он живой. С каждым может случиться. Не хочет. А надо чтоб хотел.

— Надо! — эхом подтвердил конюший. — Должен покрыть прямо сегодня.

Начальники конюшни уставились на Хха, потом разноглазый прямо спросил:

— У тебя возбуждающая трава есть? Или питье какое?

— Для жеребцов? Нету. Они у нас сами по себе хотят. Считай, на воле пасутся, не скучают, — пробормотал не-шаман. — Нужды в снадобьях не испытываем.

Конюхи переглянулись, толстый прошептал:

— Да помогут нам боги, а делать-то что? Слушай, парень, свари снадобье. Мы уж все свои использовали, да что толку. Надо, чтоб Мрак хотел. Вот хоть как, хоть яйца ему ошпаривай, но хотел! Сделай. С каждого из нас по «короне» получишь.