— Снадобья? — стражники неуверенно переглянулись. — Не, за снадобьями потом пошлем. Если понадобятся. А сейчас шагай, коновал, куда ведут и помалкивай.

Да, на этот раз пустые ладони не особо помогли, а выхватывать нож было пока рано. Шагая между громоздкими стражниками, Хха подумал, что во всем виновата тяга к развлечениям. Тем самым, плотским. Недавно говорили об этом с Джо, как раз про умеренность и осторожность. Ходить на свидания рядом с домом — неразумно. Но кто виноват, что Элэзе живет на соседней улице.

Хайова снимали комнату и конюшню у вдовца в безымянном овражном тупике, но ветхий рассыпающийся дом и крошечный дворик задним забором соседствовал с благородной Старо-Бараньей улицей. Ночью очень удобно перебираться прямо через стену, при свете дня этот хороший короткий путь, понятно, не подходит, приходится вокруг гулять. Кстати, сегодня не стоило задерживаться до рассвета. Накликал….

В последнее время никаких подсказок от духов и видений не замечалось. Зато был спрос на врачевание зверей — Хха третьего дня даже к кошке приглашали — редчайшее и очень интересное животное, только царапучее. Кроме хождений по лечениям, не-шаман обсуждал с племенем планы дальнейшего похода, мыслями хайова склонялись к побережью, искушало желание взглянуть на знаменитый океан. Еще пересказывали разные любопытные калатерские новости-сплетни и утешали сказителя — тот чуть не выл: заказы на переписывание с подправкой всяких писем и прошений на несчастного Ноэ так и сыпались. Платили хорошо, и, хотя самому сказителю только половина денег доставалась, но все равно хорошо. Вот только работа сложная, кропотливая. «Ре-дак-тирование» называется. Ноэ требовал, чтобы никто не проболтался о скором уходе племени, а то его «вообще на цепь посадят». Хайова не имели племеннойпривычки выбалтывать секреты чужим людям, но изнемогший Ноэ уж очень боялся, что теперь всю жизнь над бумагами просидит.

А еще была Элэзе. Была далеко не каждую ночь, а лишь когда ее муж по делам уезжал, но весьма скрашивали эти непредсказуемые свидания поднадоевшую городскую жизнь не-шамана.

Элэзе имела черные глаза, бездушного мужа-грубияна, втрое старше себя, и нестерпимую жажду как можно чаще обманывать этого нелюбимого супруга. Служанка молоденькой купчихи была ей под стать, даром, что еще дева незамужняя. Собственно, Хха сначала переглядывался через стену с улыбчивой служанкой, полагая, что небогатого приезжего коновала без патента и хорошенькую зажиточную госпожу Элэзеничто общее связывать не может. Ошибался. Постель и всякие разные опыты на ней еще как связали. Соседка жаждала попробовать многое, а муж, в силу возраста, немалого пуза и еще большей торговой занятости, помочь бедняжке не мог, да и не догадывался, что надо бы.