— Да! Вот офицер велит смягчить ваш ущерб, — Ноэ высыпал на доски перед лысуном два десятка монет.

— Но это же мал… — старикан подслеповато присмотрелся. — «Короны»⁈ Милорд, что же вы не сказали, что просто желаете купить у нас лошадей?

— Нам на мясо, — осторожно напомнил сказитель. — И одежда…

— Самое лучшее соберем! — с внезапным восторгом завопил старейшина фвольваркцев. — Женщины, да поставьте же что-то на стол! Такие гости, угостить их достойно должно, а вы слезы льете. Милорд переводчик, зачем же господам жилистая конина? Берите коз, есть молодые, мясо во рту так и тает.

— Матерые katorzhniki мослы погрызть-разгрызть любят, а козлов им жрать ponyatiya не позволяют, — неубедительно объяснил Ноэ. — Давайте-ка, поживее, там это… следы затеряются.

Пришлось все же задержаться. По дому бегали женщины, собирали тряпки и пахучие низенькие кожаные сапоги. Старик уговаривал взять еще сыру, муки, каких-то kolbas, сожалел, что все «хорошее-благородное» сейчас на рынок в Слиппу повезли. Ноэ гордо утверждал, что каторжники питаются лишь сырым мясом, но сам от сыра не отказался. Мечущиеся женщины с почтением подносили Хха то одно угощение, то другое. Пришлось делать вид, что не-шамана еда вообще ничуть не интересует, хотя попробовать толстую лепешку, выпеченную уж точно не из толченых корней, было бы неплохо. Впрочем, боевая раскраска на лице хайова ссохлась в такую жесткую маску, что проще было продолжить изображать каменного «офицера-каторжника». И очень хотелось стукнуть древком копья по макушке говорливого сказителя, что было несправедливо: Ноэ воспользовался моментом и завел разговор о том, где лучше искать следы воров. Местные мужчины наперебой рассказывали о бродах и переправах, приметах и даже дорогах — оказалось, что дорога здесь даже не одна. Зашла речь и о «великом городе Калатере»….

Наконец, мешки были собраны, Ноэ еще раз напомнил о привычке воинов-каторжников в боевом походе «усекать главы всем попавшимся на глаза» и налетчики вышли во двор. Повеселевшее племя фвалькерцев благоразумно следовать за офицерами и вообще провожать гостей не решилось.

Лошадей оказалось всего три. Вообще-то их было четыре, но жеребую кобылу решили оставить хозяевам.

— Что-то мы уж вовсе странные налетчики и коноеды, — задумчиво молвил Ноэ, разглядывая лошадей. — Они вообще со двора-то выйдут?

— Двух нужно лечить, — буркнул Хха, сразу почувствовавший хвори серой кобылки и невысокого мерина. — Но мешки они унесут.

— Мы глупы. Меня словно отпинали, — с горечью сообщил боевой вождь. — А начиналось как истинное ку, жабу ему надуй.