— Для каких обрядов могут ловить такую крошечную рыбу, а, великий не-шаман? — с подозрением поинтересовался Джо. — Крючок меньше этого злосчастного лягушонка.

— С такими обрядами я не знаком, — спокойно заверил Хха, напоминая, что он действительно не шаман. — И снасть скорее негодная, чем зловещая.

— Как «зловещая»⁈ — завопил Но-По-Э. — Обычная поплавочная удочка. Да, пусть без удилища. Но крючок нормальный. Заглоточный! Тут все легко можно наладить.

— Ты ловил подобной снастью? — не поверил Джо.

— Ну, не совсем такой, — не стал врать сказитель. — Но тут главное принцип…

Глупую снасть отдали умнику, и Но-По-Э при каждом удобном случае начинал ковыряться с этой безделицей. Хха дважды пришлось показывать мальчишке, как вяжутся узлы на тонко плетеном конском волосе. В общем-то, дело полезное: забавляясь игрой и пробуя, можно многому научиться.

Утром по обыкновению Хха проснулся последним, поскольку заснул на рассвете. У костра о чем-то шепотом спорили, пахло довольно странно. Судорожно зевая, не-шаман потянулся к тыквенной баклаге за водой и увидел связку с рыбой — рыбешки были нанизаны жабрами на прут — каждая величиной не больше ладони, зато аж десятка полтора.

— Уловистое место, — скромно объявил Но-По-Э.

— Очень уловистое, — подтвердил бывший вождь. — Хорошая рыба, хотя и не особо вкусная.

— Просто мы ее готовить не умеем, — заявила девчонка, возясь с нанизанной на прут рыбой.

Готовить такую рыбу индейцы действительно не умели — иной раз хайова-ката удавалось подстрелить или пронзить копьем крупную рыбину, застрявшую в прибрежных озерцах после спада высокой воды Дождя. Но тогда добычу готовили примерно как мясо — запекая или поджаривая крупные куски.

Хха хотелось спать, поэтому он просто позавтракал рыбой — вполне съедобной — и не стал рассуждать о ее вкусности. Зато младшие спутники спорили о способах готовки день напролет: Три Камушка знала, как нужно готовить еду, сказитель как готовить не знал, зато сыпал всякими слухами и сказками о вкуснейших рыбных блюдах. Особенно о соленых. Лично Хха никогда не приходилось видеть разом столько драгоценной соли, чтобы ее можно было изводить на столь сомнительную пищу как рыба. Соль вываривали из ила озер Верхней Прерии, а туда дойти и вернуться с грузом драгоценного ила — истинное ку.

Изгнанники вновь двигались вниз по течению, надежды найти что-то ценное практически иссякли — берега стали топкими, густо заросшими тростником. Когда встали на ночевку, сказитель-рыболов полез к воде, выдернул четырех рыбок, но не выдержал и вернулся. В тростниках у воды москитос уж совсем зверели.