Куан стабильно находился в столовой и о чём-то разговаривал с Оксаной и Маринкой. Увидев меня, кухарка с помощницей вскочили.

— Ой, Андрей Георгиевич! Что же так поздно? — Оксана всплеснула руками. — Ужин давно остыл! Давайте подогрею…

— Чуть позже, — отмахнулся я. — Приму душ, потом поем. Где-то через полчасика. Куан, как обстановка?

— Всё тихо, — наставник показал взглядом, что хочет поговорить со мной.

Зайдя в гостиную, я рухнул в кресло, Куан остался стоять.

— Наши ночные гости периодически заглядывают в бордель, — сказал он. — Но двое из них имеют постоянных подружек и живут у них, когда уходят с базы. Хочешь, наведаемся к ним?

— Не стоит рисковать из-за шавок, — я задумался. — Зося сбросила мне на почту интересную информацию. Удалось спецам кое-что разузнать. Оказывается, наёмники контактировали с неким Пастуховым. Он в системе «Техноброни» отвечает за безопасность, а заодно курирует агентов по технологическому шпионажу. Это он вышел на «Стальной Коготь» и предложил им «непыльную» работёнку. Генеральным директором концерна является промышленник Шульгин Герман Викторович. Если кого щемить, так его.

— Тогда можно навестить этого человека, — Куана, кажется, всерьёз задело нападение на усадьбу. И разобраться с обидчиками для него стало приоритетом. — Я прослежу за его перемещениями, где бывает, с кем встречается, когда дома ночует.

— А смысл? — я пожал плечами. — Мне и так понятен мотив этой акции. Шульгину нужны линейные двигатели. Он послал переговорщиков, но я им отказал. Тогда ребята решили просто украсть чужую вещь. Опять не вышло. Меня больше напрягает, кто напал на Гусаровых. До сих пор тихо, как на кладбище. Дядька Матвей ничего сказать не может, волнуется. Ведь нападение может повториться, а полиция не чешется.

— Тогда что ты будешь делать?

— Сейчас меня больше всего волнует безопасность княжны Арины, — я махнул рукой на конспирацию; наставник был частью моей семьи, опытным и много чего повидавшим на свете человеком, и скрывать от него надвигающуюся неприятность не считал нужным, поэтому и рассказал Куану о случившемся во время боя с Лосем, и о разговоре с господином Колывановым.

Куан, как всегда, слушал с бесстрастным лицом. Но, как раз сегодня, я хотел видеть на нём хоть какие-то эмоции. Непонятно, то ли осуждает меня за произошедшее, то ли одобряет неуступчивость молодого балбеса.

— Я правильно понял, на тебя хотят повесить пятьсот тысяч рублей за срыв криминальной договорённости?

— Так и есть. Я должен был проиграть бой, который снимался на камеру. Потом фильм планировали порезать на куски и смонтировать нужные рекламные ролики для армейских чинов, — киваю в ответ. — Но беда в том, что ППД от «Экзо-Стали» чудовищно проблемный. Стоит хоть кому-то прознать, что броня у него усилена только спереди и сзади, а боковые сочленения очень тонкие, у наших воюющих пилотов начнутся проблемы. Представляешь, скольких воинов мы потеряем?