Никанор заехал во двор усадьбы, высадил меня у крыльца, а сам погнал «Фаэтон» к гаражу. Возле флигеля слышался голос Рахимбека, рассказывавшего, как он несколько суток скрывался от джунгар, которые хотели снять с него шкуру, а освежёванную тушку скормить степным волкам. Оказывается, он во время разведки прокрался в один из улусов какого-то местного хана, повадившегося нападать на русские казачьи поселения, расположенные вдоль Иртыша, и попутно выжигать земли Среднего Жуза. Рахимбек умудрился прожить несколько дней под боком у самого хана, разведал ближайшие планы орды и охмурил одну из его дочерей, которая с чего-то решила, что такой бравый воин должен стать её мужем. Разведчик не стал дожидаться, когда его представят суровому папаше, и ушёл в побег. Нетрудно представить реакцию обманутой девушки. Смех парней то и дело прерывал негромкую речь кривоногого и нескладного охранника. Я улыбнулся и зашёл в дом. Пиликнул сигнал пришедшего сообщения. Оно было от Зоси.
«Загляни на почту. Тебе это будет интересно».
Примечание:
[1] Чанбон (чхонбон) — корейский боевой шест в рост человека.
1
— Заходи, Александр Петрович, — крупный мужчина в солидном костюме-тройке нетерпеливо махнул рукой при виде заместителя главного инженера «Техноброни», заглянувшего в кабинет. — Не топчись у двери.
— Доброе утро, Герман Викторович, господа, — Малыхин отчего-то испытал робость при виде директората, собравшегося в этом огромном помещении за не менее огромным столом в виде буквы «т». Сейчас за ним сидело с десяток человек, довольно известных в промышленных кругах, и было отчего задрожать. Ему не стали предлагать сесть, поэтому он замер посреди кабинета, не зная, куда деть папку. Проглотив сухой противный комок, застрявший в горле, Малыхин стал ждать, когда его начнут бить. Образно, конечно, да разве от этого уточнения легче?
Почему он так был уверен в неминуемом избиении? А как иначе, если переговоры с молодым княжичем о покупке синто-волоконных движков закончились, так и не начавшись? Как объяснить, что упрямец не хочет расставаться с перспективной технологией ни за какие деньги?
Серьёзность проблемы усугублялась присутствием самого Шульгина — прямого владельца концерна «Техноброня». Офицер-дворянин, военный инженер, получивший тяжёлое ранение в одном из приграничных конфликтов, был вынужден уйти из армии. Памятью о ней остался белесый старый шрам, тянувшийся от левого виска наискось к уху с оторванной мочкой — своеобразная визитная карточка, по которой каждый работник концерна узнавал владельца. Шульгин быстро нашёл себя в перспективном деле. Вложился в разработку бронекостюмов, благо средства богатейшего рода позволяли, и уже через десять лет его ППД и ТПД пошли в серию. Армия охотно закупала экзоскелеты компании «Броня Шульгина», позже переименованной в «Техноброню». Герман Викторович знал практически всё о боевых костюмах, но никогда не гнушался получать новые знания. Он уже дважды побывал на стажировке в САСШ, и именно оттуда привёз идею двигателей из синто-волокон. Плохо лишь то, что инженеры концерна до сих пор не могут создать нечто подобное.