замолчал.Чужой.Молодой.Ломающийся.Твою мать.Это ударило неожиданно сильно.Даже не прошлое. Не сама невозможность происходящего.Голос.Потому что голос — это человек.А сейчас вместо его привычного низкого, хрипловатого тембра был подростковый простуженный звук мальчишки, которого ещё даже жизнь толком не начала ломать.Хотя…Арсений медленно повернул голову.Сосед по койке спал, открыв рот. Мужику было лет пятьдесят. На тумбочке возле него стояла банка с мутным компотом и пакет с апельсинами. Из-под кровати торчали растоптанные тапки.За окном серел февраль.Снег у больничного двора давно превратился в грязную кашу. По дорожке шла медсестра в синем халате и курила прямо на ходу, пряча сигарету от ветра ладонью.Девяностые.Настоящие.Не киношные.Без красивой музыки. Без ностальгического фильтра.Сырые. Уставшие. Голодные.Арсений прикрыл глаза.И внутри неожиданно шевельнулся не страх.Интерес.Холодный. Профессиональный. Очень злой.Какого чёрта произошло?Сознание начало работать привычно:оценка обстановки;сбор информации;анализ рисков;контроль реакции.Паника — роскошь. Особенно когда не понимаешь правил игры.Он осторожно сел.Тело тут же выразило протест.Перед глазами потемнело. Лёгкие сжались. Слабость ударила так резко, что пришлось вцепиться в край кровати.Арсений замер.Так.Пневмония. Сильное истощение. Температура была высокой. Мышцы в хлам. Вес — ниже нормы.И ещё… он чувствовал странную пустоту в теле.Будто подросток до болезни почти не ел нормально.Очень интересно.Он медленно опустил ноги на холодный линолеум.Ноги были длинные. Тонкие. Колени острые.Боже…Он посмотрел вниз на больничные штаны.— Да ты ж вообще дохлый, — пробормотал Арсений. — Тебя ветром сдувать должно.Внутри внезапно мелькнула чужая эмоция.Страх.Короткий. Привычный. Почти затёртый.Арсений застыл.Вот это было новым.Не мысль.Не воспоминание.Ощущение.Будто тело помнило.Он медленно выдохнул.Интересно…Очень интересно.Потому что страх был не его.Его собственный страх всегда выглядел иначе:холоднее;суше;практичнее.А этот… детский.Привычка бояться.Привычка занимать меньше места.Арсений опустил взгляд.И вдруг очень ясно представил:сутулые плечи;опущенную голову;тихий голос;желание не раздражать взрослых.Тело помнило унижение.Твою мать…Он медленно встал.Мир качнулся.Слабость была почти оскорбительной.Он привык:бегать с нагрузкой;терпеть боль;контролировать тело.А сейчас его шатало от попытки просто стоять.Арсений добрался до мутного зеркала возле двери палаты.И замер.Несколько секунд он просто смотрел.Молча.Очень