— Где шаманы?- не оглядываясь спросил аган, едва заслышав шаги визиря.

— За ними пошли, великий. Изволь только немного подождать, — устало вздохнул советник.

— Ты опять собираешься на чём-то настаивать?- чутко уловив этот вздох, повернулся к нему аган.

— Настаивать? Нет, великий. Я только прошу тебя послушать моего совета и принять правильное решение. Прикажи свернуть стойбище. Распусти курултай. Пусть роды разойдутся на какое-то время. А потом, когда драконы успокоятся, прикажешь собрать его снова.

— Почему ⁈- зашипел аган, словно разъярённая змея, — почему я должен боятся каких-то летающих ящериц ⁈

— Я давно живу на этом свете, великий. Это не просто полёт. Это танец огня и ярости. Они не улетят просто так.

— Танец огня и ярости? Откуда ты знаешь?

— Такое уже когда-то было, великий. Предки описали ту встречу в своих свитках, которые оставили нам как напоминание о прошедших циклах.

— Бред выживших из ума стариков, записанный на вонючих клочках материи. Вот что такое эти свитки. Воины останутся здесь. И любого, кто попытается покинуть курултай, я прикажу казнить. Казнить вместе с его родом. В моём войске не будет трусов.

— Это не трусость, великий. Это умение мудро править. Отступить, отдав поле боя в одной битве, чтобы победить в войне. Не мне, скудоумному, учить тебя таким вещам, — склонился в глубоком поклоне визирь.

— Отступить? Отдать поле боя летающим ящерицам? Но ведь боя ещё и не было. Не так ли?- хищно оскалился аган.

Развернувшись к замершим в стороне слугам, но во всё горло заорал:

— Тысячников ко мне! Всех! Бегом!

Спустя четыре сотни ударов сердца боевого коня, все тысячники стояли перед своим аганом. Обведя собравшихся горящим от ярости взглядом, аган скривился и, ткнув пальцем в сторону полыхающего неба, скомандовал:

— Вывести в степь всех стрелков с огнестрельным оружием. Стреляйте по этим ящерицам залпом, как только они приблизятся к стойбищу. За голову каждого дракона, я дам стрелкам по коню из своих табунов. А любой, кто посмеет сбежать, будет казнён вместе с родом, из которого беглец происходит. Всё ясно?

— Да, великий, — склонились в поклоне тысячники.

— Тогда, почему вы ещё здесь?- зарычал аган, выхватывая плеть из-за голенища сапога.

— Ты делаешь ошибку, великий, — не сдержался визирь.

— Ты смеешь спорить со мной, червь ⁈- взвыл от злости аган, и выхватив у ближайшего воина саблю из ножен, нанёс удар.

Аган по праву считался прекрасным воином и занял своё место благодаря воинским талантам, больше всего ценимым среди степняков. Голова визиря покатилась к белому шатру, орошая вытоптанную сотнями подошв землю красным. Тело же, постояв несколько мгновений, рухнуло на спину, заливая всё вокруг кровью. Видевшие это воины невольно ахнули. Старый визирь считался одним из умнейших и справедливейших советников агана, и тот всегда благоволил к старику, позволяя ему говорить то, за что любому другому сразу же сломали бы спину. Но, похоже, в этот раз, старик перешёл черту.