— Почему опоздал? — сразу предъявила претензию Рыжая и по-хозяйски меня осмотрела.
— Да меня тут немного волки придержали — ответил я на автомате и указав на Севу. — А этот пациент, что тут делает?
— А ты попробуй откажи здоровенному стокилограммовому амбалу, к тому же упорному словно бульдозер — пожаловалась Рыжая. — Да он словно почувствовал, что я после дневного дежурства собралась на встречу к тебе и начал меня обрабатывать. Эх если бы он не был твоим другом, то я бы ему точно подпалила пятую точку. Теперь в полку ППС точно пойдут сплетни, что он ко мне клеится.
Рыжая зло оскалилась и в её зрачках появились отблески пламени.
— Да откуда он вообще взялся? Он же должен лежать в больнице под капельницей — не унялся я, когда уселся на переднее пассажирское сидение.
— Вот так значит меня встречает лучший друг — неожиданно пробасил Сева, и оглянувшись я увидел, как он, развалившись позади, сложил мощные руки на груди. — А ведь можно и меня спросить, что я тут делаю. А ежели бы спросили, так я бы рассказал, что как только ты улизнул из Боткинской, в больницу прибыла особая комиссия, которая после проверки, закрыла навсегда палату доктора Каца. Меня же перевели в обычную, откуда я через четыре часа выписался.
— А твои раны?
— Как объяснил доктор Кац, те странные стекляшки что-то там такое выделяют, и это что-то помогает регенерации клеток. Так что там теперь даже шрамов почти не видно — немного обиженно проговорил Сева, и закатка рукав рубахи, показал руку. После этого я увидел, что его кожу покрывают розовые чёрточки, лишь отдалённо похожие на шрамы.
Понимая, что все планы опять пошли по одному месту, я тут же попытался высадить Севу, но тот упёрся словно медведь попавший на склад сгущенки и наотрез отказался вылезать.
Как в последствии выяснилось, он при помощи эмоциональных пыток и непрекращающегося преследования, умудрился вытряхнуть из Рыжей информацию о даче Кукловода и теперь знал куда именно мы договорились с ней поехать.
В результате я решил отложить сложный разговор на потом. А уже через пять минут мы перекинули вещи из багажника Фиата и отправились, по направлению дачного посёлка Переделкино.
Долго ехать молча Сева не смог, так что во время поездки он поведал о страшном скандале, который устроили члены натравленной на доктора Каца карательной комиссии. Затем он рассказал о том, что в роте ликвидаторов творится что-то странное.
Оперчасть в полном составе, рано утром второпях покинула расположение и убыла в неизвестном направлении. И сразу после этого, всех остальных бойцов перевили на казарменное положение и по полной экипировали и вооружили. Его же по причине недавней выписки и подозрительной связи со мной, из расположения выгнали взашей и приказали до поры отлёживаться в милицейском общежитии.