Он сунул руку под кружево воротника и вытащил простенький, но весьма надежный амулет.
— А вы всегда его…
— Почти, — наместник слегка покраснел. — Бывают… некоторые ситуации.
— Любовница?
— Не вслух же, — произнес лорд Тирби с некоторым упреком. — Одна… весьма достойная дама выказала ко мне свою расположенность. Но это не она… не может быть она… зачем ей?
— Понятия не имею. — Женские мотивы оставались для Кайдена загадкой. — Кто знает, что вы… наносите визиты?
Пожатие плечами. И снова фляга. Вздох. Наместник встал у двери, ведущей на балкон:
— Кучер. Секретарь… он порой сопровождает.
— Даже так?
— Достойный молодой человек… определенно достойный… очень достойный, — он рванул шейный платок, а Кайден поднялся, уже зная, что опоздал.
За дверью было пусто. Тихо. Настолько тихо, что было слышно, как стучит о стекло толстая зеленая муха. И звук этот раздражал своей неуместностью.
Кайден сделал шаг и поймал муху. Смял толстое ее тельце. Вытер ладонь о бархатную штору. Он закрыл глаза и вдохнул запах человека, еще недавно казавшегося ему ничтожным, неважным, а вот поди ж ты… запах жил на ковре. И на стенах.
Он коснулся мебели, особенно массивного секретера, пристроившегося в углу этой комнаты. Он вел Кайдена прочь, к двери.
И за дверь. К лестнице, у основания которой человек и остался. Он лежал, широко раскинув руки и задрав ноги. Кайден видел подошвы его ботинок. И задравшуюся брючину. Парик, что сбился набок. Тонкую шею. Красную лужу, что расплывалась из-под мертвеца.
— Это ведь не несчастный случай? — с какой-то обреченностью поинтересовался лорд Тирби. Он дернул воротник и сорвал его, скомкал, вымещая раздражение на кружеве, а потом и вовсе отшвырнул. Белый ком упал рядом. А лорд повторил: — Определенно это не несчастный случай.
И Кайден с ним согласился.
Он опускался медленно, останавливаясь на каждой ступеньке. А внизу, у тела, вовсе присел. Наклонился. Почти коснулся конских волос — в отличие от лорда его секретарь выбирал парики дешевые — и вдохнул новый запах.
— Скажите… — он сидел, закрыв глаза, — ваша супруга… она ведь местная, верно?
— Вы хотите сказать…
— Что ей, возможно, есть что сказать.
От волос пахло духами и ароматными маслами, которые вовсе не вязались с этим человеком.
— Вы ошибаетесь, — сказал лорд, впрочем, без особой убежденности. — Она… она очень достойная женщина… и не могла… конечно, нет. Зачем ей?
— Не знаю, — Кайден перевернул тело, хотя особой нужды в том не было. А вот кровь оказалась вовсе не кровью, но алыми чернилами, что испачкали и ковер, и костюм мертвеца, и те же волосы.