Некоторые бойцы радовались тому, что им дали небольшую передышку (небольшую — потому что все они прекрасно осознавали: мало устроить «котёл», надо его ещё и ликвидировать, так что скоро всё равно в бой). Да вот только куда более опытные красные командиры или, как теперь их называли без всякого стеснения, офицеры, требовали не расслабляться.

— Загнанный в ловушку зверь — самый опасный, — настаивал майор Ларионов, командир батальона, фактическим заместителем которого и являлся бывший политработник Юдин.

Не просто настаивал, а требовал от подчинённых не терять ни минуты, а окапываться, окапываться и окапываться. Даже несмотря на зиму, снег и промёрзшую землю. Причём, ротный опорный пункт необходимо было превратить в настоящую крепость, пригодную к круговой обороне.

Находились, конечно, ворчуны, недовольные тем, что приходится ковыряться в земле вместо того, чтобы отдохнуть после тяжёлых боёв. Впрочем, ворчали, преимущественно из-за необходимости создания именно круговой обороны. Но Юдин, имеющий уже больше полутора лет боевого опыта, не просто полностью поддерживал требования комбата, но и использовал в убеждении подчинённых опыт политработника.

— Не забывайте, что мы находимся на территории, менее четырёх лет назад входившей в состав другого государства. И тут, в окрестностях Ивенцов, до недавних пор действовали крупные партизанские силы Армии Крайовой, с которой у нас не самые лучшие отношения.

Мягко говоря, не самые лучшие. Эмигрантское правительство Сикорского, хоть с началом войны и заключило мирный договор с советским правительством, но в последнее время под влиянием всё более и более ухудшающихся отношений с Британией, в которой оно отсиживалось, регулярно «забивало гвозди» (выражение, заимствованное от иновремённых добровольцев) Советскому Союзу. Вплоть до того, что отряды Армии Крайовой вступали в боестолкновение не только с советскими партизанами, но и с регулярными частями Красной Армии.

Да что там говорить? Даже вот этот самый Ивенец, на восточной окраине которого окапывался батальон, стал хорошим примером таких «палок в колёсах» и враждебности польских партизан.

Здесь, в Ивенце, во время оккупации немцы устроили еврейское гетто, которое уничтожили в начале прошлого лета, расстреляв более тысячи человек. В селе они держали крупный гарнизон полицаев, достигавший по численности 300 «штыков», не считая собственно немцев. И отряд Армии Крайовой, когда рота Юдина вела бой по захвату Дзержинска, атаковал населённый пункт с целью захвата Ивенца и провозглашения его первым крупным населённым пунктом «возрождаемого польского государства».