— Вот это, я понимаю, выдержка… — ехидно хохотнула «Природница» и, от греха подальше, унеслась к себе рывками . А уже минуты через три-четыре ворвалась в ванную, увидела, что я… хм… соскучился, и отпустила тормоза. Напрочь. Поэтому я потерял голову и выпал из реальности от первого же поцелуя. В одно из мгновений временного просветления обнаружил, что мы отрываемся на моей кровати, а еще через вечность, почувствовав вибрацию часов, мысленно выругался. Ибо сообразил, что уже восемь ноль-ноль, но не хотел останавливаться.
— Я — твоя, Олег… — хрипло выдохнула Наташа после того, как отошла от очередного финиша, и… помогла остыть: — И всегда рядом. Так что вспомни о том, что сегодня — тридцать первое, что между Владимиром и Белоярском — четырехчасовая разница во времени, и что нас ждут…
— Помню… — нехотя вздохнул я и из вредности легонечко прикусил все еще возбужденный светло-розовый сосок.
Подруга знакомо содрогнулась от вспышки удовольствия и отомстила, одарив умопомрачительным поцелуем. Впрочем, благоразумно прервала его достаточно быстро, выскользнула из-под меня и переключилась в рабочий режим:
— Иди мыться. А я подойду после того, как перестелю постель…
Подошла. Поцеловала в щеку. Поблагодарила за восхитительное утро, сообщила, что заказала завтрак в ресторане «Золотой ларец», и предупредила о том, что еду поднимут через восемнадцать-двадцать минут.
— Уже не разойдусь. Хотя, признаюсь, хочется… — улыбнулся я, доперев до второго слоя этой заботы, сделал женщине игривый комплимент, вышел из душевой кабинки и врубил таймер обратного отсчета. Поэтому успел одеться до прихода рассыльного, забрал заказ и собственноручно накрыл на стол на кухне.
Поели без особой спешки, переоделись в обычное шмотье, спустились в гараж и ровно в девять тридцать загрузились в «Магнат». А без пяти десять подкатили к парадным воротам городского поместья Державиных, поморгали фарами и сообщили подбежавшему к нам СБ-шнику, что прибыли к Дарье Константиновне.
Служака, выслушавший мой ответ, оказался трусоват — сложился чуть ли не пополам, набрал мою сестренку, не отходя от моей машины, доложил о нашем прибытии и, выслушав ответ, радостно взял под козырек:
— Будет сделано…
Я мысленно хохотнул, подождал, пока откроются ворота, зарулил на территорию и покатил к тому самому входу, через который когда-то выносил шмотье из «наших» покоев. Не успел припарковаться перед дверью, как она распахнулась, и Державина, вылетевшая из особняка, в два коротких рывка переместилась к моей стороне автомобиля, выдернула меня наружу, радостно повисла на шее и поздоровалась… с напарницей: