28 декабря 996 г. от ВР.
…Воскресенье, понедельник и вторник пролетели, как один миг. Нет, не скучно, но, субъективно, быстрее, чем обычно. Вероятнее всего, из-за того, что двадцать пятого Анциферов привез мне информационный носитель с базами данных, обещанных государем, и мы потерялись в их изучении. Информации в них хватало. Причем не только интересной, но и полезной, вот мы и забывали обо всем на свете. И возвращались в реальность либо к трапезам, либо из-за чьих-либо звонков.
А звонили мне намного чаще, чем хотелось бы. И иногда выводили из себя. Чем именно? Захарова — приглашением в какой-то молодежный ресторан Белоярска, «в котором можно расслабиться и отдохнуть от тягот бесконечной войны с иномирным зверьем». Ильина — предложением слетать в тот же Белоярск, но на «камерную постановку уморительной комедии в домашнем театре друзей их рода». А глава рода Деникиных — просьбой провести что-то вроде открытого урока боевым магам его дружины «за достойное вознаграждение».
Кроме того, мы отвлекались на визиты Ульяны Урусовой, прилетевшей, чтобы поделиться алгоритмами создания еще нескольких гражданских заклинаний, Ремезова, прибывшего, чтобы вручить Наташе подарки ко дню рождения от Белосельских, от Голицына и от себя, генерала Товстоногова, возжелавшего лично ознакомиться с результатами трудов подчиненных, и, заодно, навести мосты со мной, и так далее. Но таких визитов было сравнительно немного, а напряг всего один. Впрочем, больше всего времени убивали поиски кашалотов — мы уходили в море мира единорогов каждую ночь,
но нашли этих «рыбок» всего дважды. Несмотря на то, что нещадно гоняли над ним по четыре дрона. Тем не менее, матушка и Аня поднялись на одиннадцатый ранг, и это радовало со страшной силой.
Чем еще запомнились эти дни? Очень уж яркими эротическими снами — часть моего сознания, отсчитывавшая чуть ли не минуты, оставшиеся до совершеннолетия, навевала такие сновидения по два-три раза за ночь даже в том случае, если я выматывал себя до состояния нестояния. Поэтому по утрам я просыпался… хм… в приподнятом настроении и начинал день с заморозки , холодного душа и отжиманий до упаду.
Ночь со вторника на среду тоже выдалась «веселой». Но оставила на редкость неприятное послевкусие. Из-за того, что в последнем сне я был не с Наташей, а с Аней. Поэтому в сознание я вернулся, чувствуя себя оплеванным. Но фрагменты моих «геройств» продолжали бередить сознание, поэтому я решил занять себя делом и обратил внимание на странный вид «зеркала», сквозь который там, в «воспоминаниях» вломился в спальню целительницы. А через мгновение допер, чем загрузить мозги, и начал экспериментировать со «стихийными привязками» порталов.