— Вы наставников провожать вышли? — Спросил я у друзей.

— Да, — ответил Маркос. — По такому случаю даже за территорию выпустили.

— О, у нас гости, — произнесла Магда, глядя мне за спину.

Пришлось обернуться. К нам целенаправленно шагал знакомый мне граф со своей дочерью Луаной.

— Здравствуй, Стэн, — произнёс он, подойдя к нам.

— Здравствуйте, — поклонился я графу, — Здравствуй, Луана.

Девушка кивнула и улыбнулась, лицо у неё было бледное, а под глазами синяки, похоже, плакала всю ночь. Мне кажется, что я чего-то не знаю о вадагах. Очень уж все хмурые стоят, только у меня как у дурачка настроение превосходное. Ну а чего печалиться? Путешествовать люблю, а война, да воевал я уже, привычный к смертям. Главное, чтобы самому ноги не протянуть или в котёл не угодить, что одно и то же, отец не зря меня предупреждал о плене.

— Стэн, — обратился ко мне граф, — ты не мог бы приглядеть за моей дочерью? У меня больше нет времени здесь стоять, отряд ждёт, нужно срочно догонять войско.

— Если Луана будет не против, то с удовольствием за ней присмотрю, — поклонился я.

— Она не будет против, — улыбнулся граф и, попрощавшись, спешно куда-то направился.

Судя по лицу девушки, она была против нашей компании, причём даже не скрывала этого. К счастью, до каких-нибудь оскорблений не дошло.

— Едут, едут! — Раздался многоголосый крик.

Действительно со стороны школы двигалась вереница карет в сопровождении вооружённых всадников. Транспортное средство наставника я увидел сразу, оно отличалось от других. Если кареты других учителей были светлых тонов, то у моего преобладал тёмный цвет.

Ученики разом заулыбались и начали махать руками, приветствуя проезжающих. Некоторые маги помахали в ответ, они не закрывали шторки в своих каретах, поэтому было видно, что наставники почти все довольны своим вынужденным отъездом. Ну да, лучше на войну, чем обучать толпу оболтусов.

Архимаг Рагон пристально рассматривал толпу, похоже, что он искал меня. Я подхватил свои баулы, только сейчас ощутив их тяжесть и стал пробираться ближе к дороге, по которой ехали наставники. Учитель меня заметил, это было видно по его сначала изумлённому, а потом и разозлённому лицу. Он что-то сказал кучеру и тот сбавил скорость, пришлось и остальным каретам замедляться. Как я ни старался, но всё равно не успел добраться до учителя, пришлось ему полностью остановиться, как и части процессии, которая двигалась следом.

Только теперь я вспомнил о графине, за которой меня попросили присматривать, пришлось обернуться. Она шагала следом, всеми силами делая вид, что совсем меня не знает.