— Товарищ лейтенант, а нашему космонавту водку можно пить или как? У меня тут поллитровочка припасена для подобного случая.

— Подожди ты с поллитровкой, — отмахнулся я. — Дай человеку спокойно на землю-матушку приземлиться.

— Водка товарищу Гагарину категорически запрещена! — грозно проревела Котовская.

— Юрааа! — снова заорал я, размахивая руками.

— Юрааа! — заверещала прямо в ухо Котовская.

И Гагарин, увидев меня, Адилию Равгатовну и ещё двух вертолётчиков, помахал нам в ответ.

— Слава Богу, живой, — выдохнула врач-физиолог, пока мы наблюдали как Юрий Алексеевич плавно садиться на мягкое картофельное поле.

А затем мы все вместе принялись вытаскивать героического космонавта из яркого оранжевого скафандра.

— Крутов, твою дивизию! — тяжело выдохнул он, когда мы сняли гермошлем с буквами СССР, которые накарябали красной краской. — Нашёл-таки! Хоть убей не пойму — как? Меня ведь там на другую траекторию унесло. Да ещё крутилка какая-то началась после включения тормозной установки. То Африку вижу, то горизонт, то небо.

— Главное не то, как было тяжело, — буркнул я, смахнув слезинку со щеки. — Главное счёт на табло.

— Главное, что живой, — разревелась Адилия Котовская.

15-го апреля, спустя три дня после выдающегося полёта первого человека в космос, в Звёздный городок Юрию Гагарину пришло персональное приглашение от американского президента Джона Кеннеди. Кеннеди предлагал посетить баскетбольный матч между сборными СССР и сборными США, что должен был состояться в Нью-Йорке 22 и 23 апреля. Однако против этого моментально высказались ответственные товарищи из ЦК КПСС. Многие соратники Никиты Хрущёва склонялись к тому, что Гагарина в Штатах могут убить или отравить. Хотя кроме международного скандала и международного позора, смысла в таком поступке не было. Наоборот теперь Юрия Алексеевича должны были беречь как зеницу ока. Гагарин после полёта стал самым настоящим мировым достоянием. Поэтому Никита Хрущёв, когда ему шептали с разных сторон, разрешить поездку в Штаты или не разрешить, психанул и сказал, что пусть решает Королёв.

Сергей Павлович со своей стороны тоже запутался и не знал, как правильно поступить. И для принятия единственного верного решения, он посоветовался с Николаем Каманиным, командиром космического отряда, и с Евгением Карповым, начальником Звёздного городка. Каманин проворчал, что нечего советскому офицеру делать на загнивающем западе, нечего ему там разлагаться. Карпов же наоборот высказался за проездку, дескать пусть капиталисты видят нашу силу. После чего Королёв поговорил с самим виновником торжества, с Юрием Гагариным, который мгновенно ответил: «Не вопрос, готов поехать куда угодно. Тем более в Штаты на самый лучший баскетбольный матч в мире».