— Поимка шпиона в задачу моего подразделения не входила, — пожал я плечами. — А так да, смежники чуть всю работу не угробили. Но это мелочи. Главное, что поймали.

«Вот только как активировался один из порталов в крохотном американском значке даже сибирские колдуны пока не догадались, — подумал я. — Для активации требовался определённый обряд. Возможно его провели где-то по близости со Звёздным городком и заработал тот портал, который находился ближе всего к месту проведения обряда. Либо значок активировали прямо в главном корпусе Звёздного городка. Однако Голицын ничего такого не делал. Он вообще не понимал — зачем нужны эти безделушки? Ему приказали, он сделал. Следовательно, в операции участвовал кто-то ещё. И исключать того, что он тоже являлся сотрудником КГБ было нельзя».

— Что-то долго никто не летит, — шепнула мне на ухо врач Котовская. — Уже 10.50.

Она показала мне циферблат наручных часов. Конечно, точное время приземления Гагарина я не помнил. Да и длительность самого полёта мне была известна лишь из расчётов баллистиков. Но то, что Юрий Алексеевич сядет где-то здесь, я знал наверняка. Поэтому я беззаботно улыбнулся и ляпнул от балды:

— Значит ждём ещё три минуты и по домам. Пойдёмте, Адилия Равгатовна, лучше картошечку поедим.

Я спустился с пригорка, на котором стоял вертолёт, и присел на пенёк около самой речушки. Бортинженер протянул мне маленькую солонку. Я же разломил горячую и обугленную картошку на две части и, периодически дуя на белую мякоть, стал отламывать толстую чёрную корочку.

— И как ты только можешь есть в такую минут? — упрекнула меня врач Котовская, которую с самого утра била нервная дрожь.

— Адилия Равгатовна, я вам ручаюсь — всё будет хорошо, — я ещё раз продемонстрировал свою беззаботную улыбку. — Кот Парацельс врать не умеет. А у него уникальный кошачий интеллект, — пролепетал я и увидел, что небо озарило нечто яркое.

Точнее говоря это увидели абсолютно все: я, врач Котовская, пилот вертолёта, бортинженер и две местные колхозницы, которые неподалёку садили картошку.

— Летит, твою дивизию! — заорал я. — Летит, твою душу мать! Взвейтесь соколы орлами!

— Это правда Юрочка? — пролепетала Адилия Равгатовна.

— Нет, это Архангел Михаил из небесного воинства! — загоготал я, чувствуя, как меня всего трясёт от осознания торжественности момента. — Юраааа! Давай сюда! — заголосил я и побежал по направлению к спускаемому на парашюте космонавту в ярко-оранжевом костюме.

Селянки, увидев парашютиста, точнее говоря двух парашютистов, так как посадочная капсула спускалась отдельно от Юрия Гагарина, перепугались и, мелькая пятками, рванули в родной колхоз. Врач Котовская последовала за мной, ухватив меня за полу болоньевой куртки. А пилот вертолёта вдруг спросил: