Тут же я вспомнил, что было еще и Ийю — в полном народа зале, на подоконнике. Но озвучивать, конечно, не стал.

— Жерло вулкана… над лавой. Ну, на орбите планеты, конечно — думаю, это обязательная программа. Вмороженными в ледник. На глубине в пятнадцать километров…

— Это где такая глубина? На земле, кажется, было максимум десять.

— Гмон-ян… Так, мы не туда летим, передашь управление? Красивый, кстати, самолет, потом поделишься

Я остановил алгоритм — на несколько секунд нас тряхнуло и повело вниз, но вскоре мы снова легли на воздушные потоки и начали снижаться, плавно поворачивая в сторону.

В темноте показался берег — яркий маяк на берегу, отдельные огоньки зданий, тоже достаточно яркая полоса аэропорта. Мы вполне предсказуемо прошли мимо него и потянулись влево — мимо густых лесов, подёрнутых туманов. Под нами вилась тонкая дорога с редкими фонарями, она поднималась всё выше и выше и закончилась на большом плоскогорье. Мы миновали несколько массивных линий обороны с крупнокалиберными пушками, и вскоре на плоскогорье показался квадрат размером в километр, подсвеченный прожекторами и огороженный здоровенной, в метров двадцать, стеной.

— Чего он такой огромный?

— В ходе войн, бывало, товарищи у Халиба скидывали сюда несколько тысяч тяжело вооружённых гмоннийцев. С техникой.

Мы сели рядом, в метрах пятидесяти, почти не таясь. Подошли через пустую парковку к огромным воротам, на которых виднелась табличка:

«ОСОБАЯ ВОЕННАЯ ТЕРРИТОРИИ Службы Безопасности Конгломерата. 'ТОЧКА ТРИНАДЦАТЬ»«. Вход гражданских строго воспрещён»

А ниже то же самое, продублированное на гмоннийском, толнийском и языке скра.

В будке зажёгся свет, заговорил громкоговоритель:

— Стой, кто идёт! — голос был низкий, с характерной хрипотцой — я узнал скра.

— Свои! Грань, хозяйки.

«Хозяйки — какое интересное название», — подумалось мне.

А вместе с тем пришло весьма грустное и запоздалое осознание — при всём радушии, при всех тайных амурных делах мне будет очень сложно стать начальником на острове Грань. Я гораздо менее опытен, чем Лия, Мия и Ивита. И они там действительно хозяйки, а я гость, пусть и высокопоставленный. Примерно такое же чувство бывает у мужика, который приходит жить к тёще — хозяином в таких условиях стать очень непросто. Но терять таких союзников очень не хотелось.

Загремели засовы, лязгнули ворота, и над нами возвысился здоровенный, под три метра скра. С автоматом, чёрный, как смоль, с повязкой на одном глазу и достаточно стильной и современной униформе.

— А, понятно, по чью вы честь. Второго дня как объявилась одна старушка. Назвалась Джен из Теньгорода.