Мне пришлось срочно закрывать Гришке рот рукой.

— Рано ещё. Или ты хочешь опозориться перед всей школой?

Этого Гришка точно не хотел.

Мы отчётливо понимали, какими последствиями обернётся разглядывание объектов нашего спора. Поэтому делать это необходимо в том месте, где нас никто не увидит.

Не хватало ещё на общешкольной линейке стоять с оттопыренными штанами.

Да и помимо нужных девчонок здесь было полно других представительниц женского пола. Та же Ольга Леонидовна и её подружки.

Бррррр…

Как подумал, что могу там увидеть, так меня сразу передёрнуло. Я даже скривился, что не ускользнуло от Александра Михайловича, на несколько секунд прервавшего свою речь.

Видимо, ожидал, что должно было произойти нечто незапланированное, но не дождался, с облегчением выдохнул и продолжил:

— Впереди у вас каникулы. Время отдохнуть и восстановить силы перед новым учебным годом. Для младших классов будет работать школьный лагерь, а ученики старших по желанию могут стать вожатыми. Если кто‑то ещё не определился, то у вас есть время до завтрашнего дня. А теперь слово предоставляется Ольге Леонидовне — она сообщит об успеваемости и вручит награды лучшим ученикам школы. Не забудьте, что после линейки для младших классов будет организовано чаепитие со сладостями, а для старших — дискотека.

Не дожидаясь, пока Азарская поднимется на сцену, Александр Михайлович покинул её и направился в нашу сторону. Что уже не понравилось даже мне. Как бы не поломал все наши планы, гад такой. Он может.

— Ну, мы точно не входим в число лучших учеников. По поведению так точно не проходим, так что не вижу смысла задерживаться здесь ещё больше, — сказал я Гришке и осторожно начал отступать в глубь строя одноклассников.

— Медведев, Воронов, вы куда это собрались? Линейка ещё не закончилась! — остановил нас голос Андрея Ивановича, классного руководителя восьмого класса.

Отличный мужик, бывший боевой маг, ветеран и один из немногих преподавателей, к которым мы действительно относились с уважением. Даже ни разу не попал в радиус действия наших шуток.

— Андрей Иванович, у Гришки живот сильно прихватил. Опять переел. Его бы к медсестре. Один точно не дойдёт. Смотрите, как мучается.

Учитель перевёл взгляд на Гришку, который уже держался за живот и всячески делал вид, что ему плохо. Даже пару раз выдал что‑то вроде стона, но больше было похоже на предсмертные хрипы. А сзади неумолимо наступал Бродский. Хорошо, что нас разделяли ученики старших классов. А то уже давно попались бы.

Андрей Иванович был очень высоким и прекрасно видел поверх голов учеников, что к нам приближается директор.