— Так его, Мира! — выкрикнула Ленка, которая привалилась к руке Мелли и наблюдала за противостоянием подруги и монстра уровня божества.

Выходка Скворцовой позволила Сабине подняться, и они уже всей четвёркой были возле Йорика, непонимающе глядя на происходящее и периодически бросая взгляды в ту сторону, откуда прибежали.

К этому времени Даррел уже отошёл от первоначального шока и от того, что не смог прикончить надоедливую мошку, решившую помешать ему. А ещё появилась новая, гораздо более опасная помеха — та, которую он называл своей дочерью.

Как‑то он не очень ответственно относится к воспитанию детей. Такие методы уже давно запрещены во всех странах. Бить ребёнка — это последнее, что можно сделать. И именно это решил применить Даррел, впервые увидев дочь.

Идиот.

В общем, осьминог пустил в ход все свои щупальца, буквально зависнув в воздухе в попытке раздавить панцирь Даны. Вот только он уже потерял значительную часть сил. Панцирь лишь слегка заскрипел, а Мира, словно ракета, вылетела, вырвавшись из плена отца Даны.

Пришлось мне срочно становиться быстрее, сильнее и всё в этом роде, чтобы поймать падающую Скворцову.

— Кому‑то нужно меньше есть, — произнёс я, когда смог вдохнуть после столкновения с Мирой.

Поймать её красиво, как в фильмах, у меня, ясен пень, не получилось. Слишком мало времени было, чтобы заклинание усиления начало действовать. Поэтому, когда мы столкнулись, то оба полетели на камни.

Ну как оба — я на камни, Мира на меня.

Смягчить её падение собственным телом у меня вышло замечательно. А там и усиление заработало, поэтому почти даже не ушибся. Максимум пару синяков на заднице заработал, и то не уверен.

Правда, говорить подобное мне всё же не стоило. Как‑то выпалил не подумав, слишком занят был спасением Скворцовой. Она очень быстро вскочила с меня и, не стесняясь, пнула пару раз по рёбрам.

За дело.

Буду знать, как говорить девушке, что она толстая. Хотя Мира была очень стройной и хрупкой.

К этому времени Даррел с Даной перешли к более активным действиям. Мира удалилась из зоны поражения, и поэтому черепаха перестала просто защищаться. Вылезли лапы, которые удлинились не хуже щупалец и обвили голову осьминога. А затем Дана выстрелила своей головой, словно из пушки, долбанув прямо по клюву самозванному папаше.

Удар был крайне мощным и звучным. Словно столкнулись две скалы. Даже камень под ногами задрожал, а ударная волна вернула Мирославу на меня. Я так и не вставал, поэтому просто слегка проехался, разрывая одежду и ощущая нечто крайне странное.

Появилась новая сила. Очень интересная и волнующая. По‑другому и не скажешь. Мне прям захотелось соединиться с этой силой и позволить ей войти в себя, как бы пошло это ни прозвучало в мыслях четырнадцатилетнего подростка с пубертатом.