— Вам известно, что в ближайшие месяцы нас ждут большие поступления людей непосредственно в окружающие города поселения? Барон опять промолчал, лишь кивнув в ответ.

— Так вот, принято решение о прекращении приёма новых людей в столицы, в прежних объёмах, естественно, ну, кроме отдельных списков, конечно. Пора начинать некую процедуру отбора. Всех нужных специалистов мы заберём из поселений, а им отправим всякий шлак. Постановления и указы уже готовятся и выйдут на этой неделе по всей планете.

Два циничных ублюдка с пониманием улыбнулись друг другу.

Стоит заметить, что, как и любая подобная, облачённая властью структура на Земле, «Орден» очень любил разные законы и предписания, так как выдумывал он их сам и для себя. А если кто-то где-то находил лазейку или обыгрывал их в юридических и прочих баталиях, то не беда. Всегда можно внести поправки, и заседающие по миру Парламенты и прочие Курултаи с огромным удовольствием их поддержат.

Выждав небольшую паузу, Ковальски продолжил.

— Но это не всё. Смерть смотрителя в поселении Рязань кажется нам очень подозрительной. Вам, господин Барон, надо было сразу доложить мне об этом, налицо вопиющий случай пренебрежения своими должностными обязанностями.

Отто фон Людвиг на подобные выпады безучастно смотреть не собирался. Подавшись вперёд и пытаясь удержать себя в руках, разразился гневной тирадой, вернее…

— Да кто ты такой! Чтобы мне указ…

В этот момент в кабинете стало темнеть, а глава ордена вдруг понял, что тело перестало его слушать, и он не может выдавить из себя ни одного словечка, как бы он ни тужился, и это было страшное состояние.

Спустя секунды Барон вновь смог дышать и нормально видеть.

Жадно хватая воздух и натужно откашливаясь, он упал со стула на пол.

Сверху донёсся спокойный голос мистера Ковальски.

— Не стоит повышать голос, а тем более ругаться, друг мой. Учитесь признавать свои ошибки, помогает правильному восприятию действительности, знаете ли.

Усевшись за стол, впервые за последнее время Барон задумался о бренности своего существования, а ещё он затаил лютую злобу на этого хлыща.

Ничего, ничего, мы ещё с вами сквитаемся, мистер «счетовод», — с затаённой яростью подумал он.

Именно такая мысль была доминирующей, гордыня и вседозволенность сыграли свою роль, и никаких других идей, кроме жуткой мести, в голову Главы даже не приходило.

— Продолжим, господин Барон, — спокойно сказал мистер Ковальски.

— В свете изложенных событий, добровольному переселению нужных нам специалистов наверняка попытаются помешать. Ожидается резкое сопротивление на местах. Есть мнение, что поселенцы научились или скоро научатся скрывать свой реальный уровень закалки. Чем нам это грозит, надеюсь, объяснять не надо.