— Я — Боря, — зачем-то сказал Глобальный и руку протянул, снова заново хотел познакомиться.

— Да я помню, — сразу улыбнулась Раиса, но руку взяла, пожала пальчики, а потом к губам приблизила. А губы и без губной помады вишневые. И брови все свои. Ни стрелки не подрисовано. Любоваться бы с девы той как с картинки. А как сказала. — Любый мой, — так Боря и растаял.

«Слушай, а ты даже в дупель пьяный имеешь хороший вкус», — заметил внутренний голос, но тут дева окончательно признаниями добила.

— Так что, собираться пора?

— Куда собираться?

— Как куда? В город, — ответила Рая. — Ты меня вчера переехать уговорил. И родителей уверял, что поступать мне в институт надо. Вся сила в высшем образовании, мол. И вообще, хватит в девках сидеть, Райка, говорил. И так красиво и складно всё говорил, что я и решила, что ты будешь моим первым.

Рая поднялась и давай расчёсываться у трельяжа. А Боря невольно на пятно алое на простыне посмотрел и за голову взялся. Девственниц в его практике ещё не было! Но самое обидно, что не помнил ни-че-го. А ведь момент, наверняка, уникальный.

«Попортил девку, а сам даже не знаешь, как», — вздохнул и внутренний голос.

Боря и сам поднялся, потянулся и маковку почесал. А вместе с тем майку на люстре обнаружил. На одном из плафонов висела.

— Значит, я у тебя первый? — спросил сантехник, майку доставая.

— Ага, первый и последний, — добавила Рая и повернувшись улыбнулась. — Лучше уже не будет. Ну, как Макар Берёзович и говорил, это теперь на всю жизнь.

«Так это прадед к ней привёл!» — тут же закричал внутренний голос: «Походу недолго мы с ним на звёзды на лавочке смотрели. Старый, а мудрый по самое не балуйся. Но ему-то давно уже не надо, наверное, а тебя уговорил на бесчинства сходить. И учинить распутства всякие по дороге».

Только Боря об этом подумал, как в дверь постучали. Не дожидаясь ответа (как и положено в России), в комнату тут же заглянула седая голова какой-то бабки и сказала:

— Проснулись? Добрэ! Давайте к столу, блины стынут.

Трусы обнаружились под кроватью, второй кроссовок за дверью. В нём сидел котик и очень возражал, когда одевающийся и собирающий обувку сантехник выгнал с насиженного места. Но сюрпризов по этому поводу не оставил.

Собрав полный наряд вероломного ночного гуляки, Боря залип у зеркала над рукомойником. В процессе утреннего моциона выяснилось, что на шее засосы, нижнюю губу как покусали, а то, что вся спина расцарапана, ещё когда майку одевал, понял. А какому плохому Раю ночью учил, вообще не ясно. Но глаза девки горят и за столом только и разговоров, что о переезде.