— Авария если, то может радиационный фон подняться, тебе здоровье не жалко? — поясняю я.
— Это мой долг! Я врач! Будущий. А если людям помощь нужна будет? — выпрямилась гордо Вика.
— Ты что, присягу советского врача уже давала? — хмыкнула Роза Михайловна.
— Да, медсестры же не дают клятву Гиппократа, — добавил я.
— Нет у нас клятвы, у нас присяга, и да — не давала, — признала Вика.
— Эх, был бы отец, могли бы радиацию измерить, у нас дома есть и дозиметр, но пользоваться им не умею, — перевела тему разговора мама.
— Я могу, — быстро предложил помощь я.
— Да? И откуда такие знания? На НВП этому не учат, — пробурчала Артемьева-старшая, уходя в зал за прибором.
В армии довелось узнать. Здесь тот же прибор «ДП-5В». Измерить на нём гамма-излучение нетрудно. Чего там уметь? Включил на прогрев, пробежался по диапазонам, следя за стрелкой и щелчками в трубке, и замеряй. Ставлю сразу третий поддиапазон с множителем сто, надеюсь, не четвертый тут уже — там от 500 до 5000 мР/ч.
Так и есть — трехкратное превышение нормы!! Прибор показал 150 мР/ч. Можно поднять заслонку и измерить бета-излучение, но цифры неважны уже.
… Авария всё-таки случилась!
— Три нормы, — отвечаю я на немой вопрос мамы.
— Немного же, — успокаивает Витька, видя, как та поменялась в лице.
— Это значит, что-то случилось. Нам тут не много, щели заткнём, ещё меньше станет, а вот отец твой в самой гуще, — поясняю я. — Уезжать надо. Машина под окнами.
— У тебя точно прав нет, у моих тоже, у меня есть, но я мужа дождусь, — нервно отвечает на моё предложение Артемьева-старшая. — А вы вещи собирайте, документы.
Стою, разглядываю лес, который закрывает от нас станцию. Пожара или дыма не видно.
— Спасибо, Толя, если нужно будет что, обращайся, и извини за нервы вчера, такой глупостью голова занята была, — тихо сказала Роза Михайловна.
Отец приехал раньше, чем планировал — вместо восьми с небольшим приехал часов в шесть. Открыл дверь своим ключом, и ему на шею бросилась жена. А я вот наоборот отошёл подальше.
— Пожар, — коротко пояснил мужик.
Дальше они ушли к себе в комнату, а мы втроём собрались на кухне. От нечего делать опять замеряю радиацию. Упс! Пришлось включать следующий множитель, радиация сейчас 1220 микрорентген в час! И это в бетонном толстостенном доме. В это время в кухню вошёл переодевшийся мужчина.
— Так, ребята, все втроём сейчас на нашей машине поедете в Киев. И не спорь, — обратился он к вскинувшейся дочке. — Раз уж сообщили, что тебя нет, то тебя нет. Спасибо, кстати, Толя.
Руки не подал, да и я не рвался пожимать.