Так же трудно, как опередить Бейбута. Тот, видно, решил, что у него не один подопечный — я, а ещё и Игорь Леонидович. Иду вслед за другом. Парочка не задерживается в фойе, а выходит в небольшой вестибюль, который отделяет улицу от гостиницы, довольно длинный и прохладный, ведь двери с улицы часто открываются.
Я перед самым входом оттираю Бейбута плечом и, открыв дверь, вижу картину маслом — визави тренера взял с собой ещё парочку друзей! Одеты они легко — или живут поблизости, или на машине приехали. Усатый, кстати, одет с претензией на стильность: джинсы, строгий пиджак, на ногах кроссовки, очевидно, импортные. Редкая безвкусица!
— Толя, Бейбут, вы чего тут делаете? — спрашивает тренер, завидев нас в открытую дверь.
Одновременно он стряхивает руку усача со своей рубахи и делает шаг в угол, подальше от приятелей усатого.
— Пацанва, сдрисни, — командует нам кто-то из них.
Разговаривать в таких случаях смысла нет, да и неохота, но бить пока тоже нет причины. Вот, был бы один я тут, ну, или с Бейбутом. А Игорь Леонидович потом моралью замучает.
— А то чё? — Бейбут находит правильные слова раньше, чем я. — Родителям моим пожалуешься?
— Стоп! Ребята, в номер к себе идите, я тут сам поговорю, — командует тренер.
Ещё надеется, как я вижу, решить вопрос мирно.
— Слышь, киргиз, тебя по жопе давно не били? — удивленно спрашивает парень из группы поддержки усача.
— Тормозим, — поднимаю руки я. — Что вам от нашего тренера надо?
Одновременно с этим моим вопросом усач рухнул на колени.
Ну да, не стал я ждать, пока он ещё раз схватит тренера за рубаху, короткий апперкот в печень и одним соперником меньше.
— Ты! — рванулся к нам говорливый и получил по корпусу уже от тренера.
Наш ловелас хоть и настроен решать дело миром, но позволить, чтобы его учеников обижали, не может. Потеряет лицо, как сказали бы… да, блин, почти все азиаты, кроме Бейбута, его философия — похуизм, и получение от жизни удовольствия. Правильно живет мой друг.
Третий, самый умный, видя, что ситуация идёт не по плану, попятился к выходу на улицу, но, открыв дверь, замялся. Нет у них никакой машины, а идти на мороз, в тундру, парню неохота. Будем ли мы его бить — ещё вопрос, а вот на улице он замерзнет в своём спортивном костюме за полминуты.
— Ребята, я сказал вам идти в номер, сам разберусь, — поворачивается к нам Игорь Леонидович.
— Документы предъявим, — в прохладное помещение вваливается, маша корочкой, наш тяжеловесный козырь Саня.
— Ты кто такой? — встаёт с колен усатый.
Уже отдышался лосяра. Второй, отоваренный тренером, молчит болезный, может даже и симулирует.