— Так, ты ещё кто такой? Я сказала приемные дни, а ну-ка, дай трубку, от кого ты там звонишь.

— Девушка, я из бюро горкома ВЛКСМ, по делу, и не по личному, — терпеливо поясняю я.

— Из горкома можешь позвонить по прямому, что ты мне голову морочишь⁈ У Иннокентия Ивановича люди, не буду его отвлекать. Трубку дай, кто там такой добрый тебе служебный дал, или мне самой в горком позвонить?

— Точно! Горком! Вот ты умничка моя! — радуюсь я. — Сейчас наберу Юрия Николаевича, пусть по прямому твоего шефа наберут, раз уж тебе свою жопу лень оторвать от стула.

Не слушая шквала негодования в ответ, иду к телефону-автомату. Он здесь не уличный, а, как и многие другие в городе, находится в помещении. Я видел вполне комплектный в здании магазина.

— Да, Толя, что хотел, только быстро,– с Юрием Николаевичем соединяют сразу.

Поясняю, что нужен мне шеф милиции, и по какому вопросу, и свои проблемы с доступом в кабинет.

— Насчет Гуцаева, дело на него не завели, десять дней на принятие решения, и пока суда нет, его выпустили. А Иннокентия наберу, он, скорее всего, и правда сильно занят, вчера ЧП случилось у нас в городе, ну да это неинтересно.

Мне, разумеется, интересно, но сдерживаю себя и так же перебежкой через парикмахерскую возвращаюсь в УВД. А там меня уже ждёт разгневанная красотка лет тридцати в милицейской форме, которая ей очень идёт. Очевидно, та самая ленивая «жопа» из приёмной.

— Да вот он вернулся, — сдал меня злой сержант.

У рыжих все эмоции на виду, лицо его раскраснелось от гнева.

— Так! Петров, оформляй его. Будет мне ещё хамить! — обрадовалась тетка.

— За что? Что я сделал? — вполне искренне удивляюсь я.

— Матерился же? Было такое, Петров? Оформляй!– голосом победившей справедливости изрекла тетка.

Раздался звонок местного у сержанта и тот, отрывая от меня злорадный взгляд и слушая кого-то сильно старшего по званию, даже по стойке смирно встал.

— Есть, пропустить Штыбу! Вероника тут и уже с ним разговаривает, — радостно выдыхает тощий мент.

— Дай ей трубку, — властно командует его собеседник.

— Да. Нет. Провожу! — трубку женщина опытно прижала к уху, и нам не слышен их разговор, но и так понятно о чем речь.

— Стой, запишу, — командует сержант. — Паспорт дай или корочки там твои.

— Не надо, — растерянно командует тетка.

— Надо, раз положено. Запиши, — отвергаю особый подход к себе я.

Я в джинсах и костюме, со всеми орденами. Планируя поехать в УВД, надел все знаки, в том числе и за спортивное мужество от «Динамо» и высшую награду ВЛКСМ. Но никого они не впечатлили — темные люди. Иду за Вероникой по широкой лестнице на второй этаж, нахально разглядывая её задницу. Та это чувствует и пару раз гневно оборачивается, не иначе, надеясь смутить паренька (меня). Выдаю свою самую похабную улыбку. Пронимает. Выражение офигевшей брезгливости на лице тетки меня радует.