Глава 5. Диана
Страница 9 из 51
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 5. Диана

Страница 9

***

Я резко открыла глаза, тяжело дыша и судорожно хватая ртом воздух. Сердце колотилось о рёбра так бешено, словно я действительно только что висела над горой трупов на колючих ветвях. Октябрьская ночь за окном хмуро вглядывалась в комнату, но здесь, в реальности, всё было по-прежнему — обшарпанные стены нашей хрущёбы, знакомый запах нищеты и темнота.

— Диан… Дианка, мамочка, пожалуйста, не надо… — раздался совсем рядом тонкий, захлёбывающийся от слёз голосок. Я повернула голову и увидела Тёму. Мой маленький восьмилетний брат сидел на краю нашей старой тахты, поджав под себя худые коленки. Он весь дрожал, а по его бледным щекам крупными каплями катились слёзы. Мальчик плакал навзрыд, испуганно всматриваясь в меня своими покрасневшими глазами.

— Тёмка! Тём, ты чего? Ты почему плачешь? — я мгновенно придвинулась к нему, напрочь забывая о собственном кошмаре.

— Ты… ты так страшно кричала, Диан, — всхлипнул брат, уткнувшись мокрым носом в плечо моего нового свитера, который я так и не сняла перед сном. — Ты хрипела, звала меня, а потом как закричишь «Помогите!»… Я так сильно испугался, Дианка. Думал, ты умираешь …– Я крепко обняла брата, прижимая его хрупкое тельце к себе и начала баюкать. Пальцы бережно поглаживали его взъерошенные волосы.

— Ш-ш-ш… Всё хорошо, Тёмка, тише. Живая я, видишь? Живая. Это просто плохой сон, глупый кошмар. Никуда я не ушла и никогда тебя не оставлю, слышишь? Я с тобой. Всё хорошо, маленький мой… Я шептала ему успокаивающие слова, а внутри меня в это время кипела безумная, разрушительная буря эмоций. И ярче всего в этом хаосе горела жгучая, удушливая и ослепляющая ненависть к собственной матери. Она была настолько сильной, что пальцы подрагивали, а в груди становилось тесно. Потому что Тёма плакал не только из-за моего крика. За хлипкой межкомнатной дверью творился привычный, мерзкий бедлам. Мать всё-таки вернулась домой посреди ночи, притащив с собой новую порцию собутыльников. Из коридора доносился дикий, пронзительный визг какой-то приблудной алкашки, которая без умолку, на повышенных тонах орала на какого-то мужика. Тот в ответ глухо и грозно огрызался, сотрясая наши тонкие стены грубым, прокуренным басом. Они матерились, швыряли посуду, бухали и выясняли свои грязные отношения прямо за стеной детской комнаты, где мой маленький братишка всю ночь не мог уснуть от ужаса. Эта женщина, которая должна была защищать нас, методично превращала наше детство в пепелище. Я ненавидела её за Тёмку. Ненавидела за его слёзы, за его вечный страх, за эти синяки под глазами и за то, что в восемь лет он знал цену бутылке водки лучше, чем школьные правила. Я сильнее сжала Тёму в объятиях под аккомпанемент пьяной ругани за стеной. Мой взгляд, устремлённый в темноту угла, стал по-настоящему тёмным и тяжёлым, точь-в-точь как у той незнакомки из моего зеркального отражения во сне. В эту ночь я впервые поймала себя на мысли, что если бы та огромная чёрная тень из моего далёкого девятилетнего возраста вернулась прямо сейчас в эту квартиру, я бы сама указала ей пальцем на собственную мать.

назадназад
1 ... 7 8 9 10 11 ... 51
впередвперед