— «Спасибо» он нам, — проворчал Серега, пытаясь очистить свои легкие туфли от липкой грязи. — Позаедут, сидят, ждут, как бабы с семечками…

Янис глядел, как возятся, очищая колеса, артиллеристы. Командиры стояли в стороне, кажется, спорили. Гаубичный лейтенант повысил голос:

… — не могу! Без личного приказа командира полка выполнять не буду! Меня потом…

Василек орать в ответ не торопился, все так же негромко убеждал, указывая в сторону дороги.

— Да откуда там немцы⁈ — взвился толстенький артиллерист. — По данным воздушной разведки, что ли⁈ Я, товарищ старший лейтенант, вам вообще не подчиняюсь, у меня свое командование есть. Помогли с орудием, спасибо, но…

— У вас приказ комдива, — тоном выше отчетливо сказал Василек. — «Расстрелять остаток бэ-ка по указанным координатам цели, привести в негодность орудия, отходить в город». Что не ясно? Будете здесь топтаться, вас от города отрежут немцы. Это понятно? Десять минут на развертывание и выполнение приказа. В противном случае я вас арестую и приму командование на себя. Мы группа спецсвязи, имею все полномочия…

Артиллеристы разворачивали орудия между кустов, отводили упряжки в сторону, их встрепанный командир с линейкой что-то высчитывал-мудрил над картой. Старший лейтенант Василек махнул непосредственным подчиненным:

— Пахомов, возьми пацанов, выдвинитесь вот туда, наблюдайте. Немцы на шумок могут сунуться, не исключено, что где-то уже просочились.

Янис сидел с Пахомовым у низкорослой ивы, смотрели на камыши и пустошь впереди. Было слышно, как за соседними кустами негромко возится Серега — они с «россом» от грязи пытались отчиститься.

— Как-то неладно выходит, — прошептал Пахомов. — Война только началась, а мы мечемся как оголтелые, пушки бросить норовим. Полки непонятно где, немец уже Лиепаю окружает. Что ж, они — гаубицы — уже и не пригодятся, что ли?

— Э… я же в этом не разбираюсь. Но если эти чушки сейчас к городу тащить, то могут не успеть. Ее — эту гаубицу — даже за грузовик не прицепишь, у нее рессор нет. Развалится на ходу. А на лошадях… Упряжки же километров десять в час[4] дают, не больше. А нас Василек вон как торопит, он же обстановку знает, — пояснил свою мысль Янис.

— Тебе непонятно по неопытности, я вот служу-служу, мне опять тоже не особо понятно, — пробормотал Пахомов. — Черт, да чего они там возятся⁈ Не ровен час, разведка немцев наскочит. А у нас один автомат, да винтовки грязные.

— У меня не грязная, я сберег! — откликнулся куст со стороны москвича. — А вы панику не наводите. Командование, оно…

За спиной бахнуло… так раскатисто, что земля и ива вздрогнули, даже листья на пилотку полетели. Янису показалось, что он слегка оглох.