Она развернулась к выходу.
— Но он же был такой красивый, — тихо сказала одна из девушек ей вслед.
— И галантный, — добавила та, что чуть не упала. — Он меня поймал так нежно…
— Интересно, к Мадхури он тоже так нежен? — хихикнула третья.
Падма остановилась в дверях, обернулась и выкрикнула:
— ВЫ ВСЕ СОШЛИ С УМА!
И вышла из купальни, оставив за собой группу перешёптывающихся женщин, половина из которых всё ещё вздыхала о высоком светловолосом незнакомце.
Что ни говори, а даже Падма в глубине души была вынуждена признать, что он куда симпатичнее Ракши.
Секунду назад я стоял в Старом Форте.
Сейчас в купальне, окружённый полуголыми женщинами. Или даже куда более, чем «полу».
Не то чтобы я жаловался, но это определённо не входило в план.
От визга я чуть не оглох. Одна из девушек едва не стукнулась головой о мраморный бортик бассейна, я машинально просчитал траекторию ее падения, так что пришлось её подхватить.
А затем оглянулся, пытаясь понять, куда идти.
И тут появилась Мадхури, и мы вместе выскочили в коридор и побежали.
— Извините, — выдохнула она на бегу. — Пирамидка попала не туда… Падма… ваза… купальня…
— Потом, — оборвал я. — Где Ракша?
— Я вас отведу в его крыло!
Мы свернули за угол. Ещё один коридор, ещё поворот.
Где-то вдали раздался грохот. Потом рёв, по которому я сразу узнал Агни.
Вторжение началось.
— Нам нужно спешить, — сказал я. — Пока он не вышел из своих покоев, разбираться со вторжением. Я не хочу потом гоняться за ним по всему монастырю, пока он будет уничтожать мою армию.
Мадхури кивнула, ускоряясь.
И вот впереди показалась массивная дверь. Резная, из тёмного дерева, с золотыми инкрустациями.
— Это тайный путь для наложниц, — выдохнула Мадхури. — Поэтому мы не встретили охраны. Но дальше она будет. Проходите внутрь, а я… не могу. Меня там убьют.
— Этого достаточно, — я остановился перед дверью. — Спасибо. А теперь прячься. Сейчас здесь начнётся ад.
Некоторое время назад:
— Свежая вода из источника, — произнёс Тарен, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Руки дрожали. Кувшины на подносе тихо позвякивали, и он боялся, что кто-нибудь это заметит.
Но повара были заняты. Кто-то резал овощи, кто-то мешал кашу в огромном котле, кто-то доставал хлеб из печи. Утренняя суета на кухне не оставляла времени для лишних вопросов.
Тарен работал в монастыре уже пять лет. Сначала простым слугой, потом его перевели на кухню. Хорошее место, тепло, сытно, начальство не особо придиралось. Он был незаметен. Именно поэтому Даршан и выбрал его для этой миссии.
Ну и ещё потому, Тарен был одним из наиболее верных людей в их движении.