Черная башня нависала над Руфом чудовищной громадой, столь невообразимо огромной, что разум отказывался воспринимать её размеры.
Вновь опустилась панель внешнего люка, и из шлюза показалась Сьюзен в оранжевом скафандре.
— Проверка связи. Сюзи, слышишь меня?
— Слышу тебя хорошо, — ответила та.
— Анита, слышишь?
— Норма, — отозвалась девушка из челнока.
В этот момент поверхность планеты содрогнулась под ними. Толчок был сильным, но Руф удержался на ногах, а Сюзи, медленно, как во сне, упала на колени, но тут же поднялась.
Тектоническая активность? Здесь? В этом мертвом замёрзшим мире? Впрочем, что-то же раскололо ледяную кору планетки, создав этот чудовищный разлом…
— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Руф.
— Нормально, — сказала Сьюзен. — Что за ерунда?
— Может, все-таки свалим отсюда? — голос Руфа выдавал его тревогу.
Она не ответила. Передвигаясь небольшими прыжками, Сюзи направилась к основанию башни. Руф сцепил зубы и последовал за ней.
Черная поверхность блестела в лучах прожекторов. Камень-не камень, металл-не металл.
Взять бы на анализ вещество… Но Руф был почему-то уверен, что даже плазменный резак окажется неспособен отделить даже крохотную толику этой субстанции.
Они ступили в глубокую, залитую тьмой нишу, под своды громадной арки.
Сьюзи прижала руки к черной поверхности. Неожиданно по участку стены пробежала рябь, как по густой тёмной жидкости. Затем участок стены словно бы пошел волнами и растаял, открывая проход в недра башни.
Лучи прожекторов, направленные в проход, терялись во мраке.
— Идём, — решительно сказала Сьюзен.
— Анита, мы входим, — сообщил Руф на челнок.
— Будьте внимательны! — отозвалась Анита.
Сьюзен уверенно шагнула во тьму.
— Чистой воды безумие — соваться сюда! — Руф вошёл за ней, озираясь. Луч прожектора плясал по черным стенам.
— Нам здесь ничего не угрожает… — В голосе Сьюзен слышались радостные нотки.
Руф сжал губы:
— Откуда ты знаешь? Снова сны?
— Я часто видела это место во снах… с детства. Оно звало меня…
Руфу решительно не нравились её слова. Не нравился странный, мечтательный тон её голоса.
Проход сомкнулся за спиной. А впереди открылся следующий. Это напоминало принцип шлюзовой камеры.
Извилистый овальный в сечении туннель, вел куда-то в недра гигантского «термитника». Луч фонаря натыкался на эбонитово блестящие черные стены, на которых фиолетовым свечением мерцали странные письмена, казалось, «всплывающие» из их толщи.
Анализатор сообщил, что в отличие от почти полного вакуума снаружи тут существовала атмосфера из азота и почти земное давление, хотя дышать было нельзя — отсутствовал кислород, зато наличествовали ядовитые примеси.