- Сколько нам идти до ашрама, я плохо понял? - Спросил Филот, ослабляя ремни на сандалиях.
- Весь день, вечер и начало ночи.
К вечеру они дошли до развилки. Одна дорога уходила круто влево и вела в деревню, другая шла прямо. На развилке стояла молоденькая девушка, видимо сестра Массуда и ждала их приближения. Когда они поровнялись, она взяла мула с братом за поводья.
- Что это значит? - Спросил Каллисфен.
Девушка сердито замахала на него руками и так же сердито заговорила с мальчиком. В конце концов стало понятно, что вести до ашрама должен был Мамута, но тот решил дать заработать своему другу, тем более на ровной дороге не было никакого риска.
- На, держи.- Протянул ей деньги Каллисфен, приготовленные для Мамуты.
Серебряные монеты сыграли свою миротворческую роль, и дети отправились домой. Не делая привалов, македонцы к полуночи дошли до ашрама Нараяны. Навстречу им вышли двое монахов и молча отвели на место ночёвки. Затем они разгрузили мула и увели его в неизвестном направлении. Большущая копна душистого сена в эту ночь служила им постелью. Луна ярко освещала новое пристанище, давая возможность освоиться и поужинать.
Не успело Солнце взойти, как македонцев разбудил монах и жестами попросил следовать за собой. Не очень то довольные таким ранним подъемом воины послушно проследовали в горную пещеру, служившую резиденцией настоятеля ашрама, пожилого мужчины абсолютно нагого, не считая набедренной повязки и несколько рядов четок на шее. "Фаранги" расселись на указанные места, круглые плетеные циновки у входа. Монах пристроился тут же на камне и погрузился в медитацию, по привычке перебирая пальцами бусины. Настоятель с нескрываемым любопытством и чуть заметной усмешкой осматривал европейцев.
- Каллисфен, Филот, Клит. Меня зовут Ратнам. А вашего сопровождающего Раджаникант. - Улыбнулся мужчина, и слегка кивнул головой.
Странность приветствия заключалась в том, что греческие слова были сказаны не вслух, а прозвучали где то в глубине головы. Македонцы поклонились.
Все сидели молча уже с полчаса, и это становилось невыносимо.
- Вы слышали голос внутри? - Спросил Каллисфен, обращаясь к товарищам.
- Похоже он может читать наши мысли. - Ответил Клит.
- Не надо много думать.
- Но я не могу, я все время что то обдумываю, - пожал плечами Филот.
Наконец настоятель заговорил по человечески, но артикуляция рта не совпадала с произнесенными словами.
- Не знаю, что Татхагата нашел в вас хорошего, но воля Его для нас закон. Мы дадим вам все необходимое в дорогу, и перед ней вы отдохнете столько, сколько посчитаете нужным. Вас не будут беспокоить. Вам выделят домик для гостей. На сегодня вы можете быть свободны.