- С добрым утром, воины. Через два часа мы выступаем, приготовьтесь, вы пойдете с нами до Аллатау. Там наши дороги расходятся. Все время пути вы будете под моей защитой, есть будете с моими слугами. Остальное на ваше усмотрение. Для вас приготовили двух мулов и трёх коней. С вами пойдет Раджаникант. Он ваш переводчик, а не раб.

Дама многозначительно улыбнулась, и от этой улыбки мороз пробежал по коже македонцев.

Пообедав и попрощавшись с настоятелем, пришла пора приняться за сборы в дорогу. Переодевшись в приготовленную одежду, они теперь больше напоминали кочевников, чем воинов Искандера Великого. Все снаряжение и запасы еды спокойно разместились на двух мулах, и вскоре верхом на конях они присоединились к каравану. Раджаникант ехал около госпожи и выслушивал, видимо, последние наставления. Погонщики верблюдов, воины, слуги, но не было рабов... Это странное для европейцев обстоятельство немало их удивило, и улучив момент, когда переводчик освободился, Каллисфен неприминул спросить его об этом.

- Госпожа не держит рабов. Это все равно, что иметь врага в доме, нет уверенности в том, что в любой момент они не поднимут бунт, или отравят, или ещё что. У госпожи достаточно слуг, которые с величайшей преданностью служат ей, и на каждого можно положиться, не сомневаясь в его верности. - Ответил монах и лицо его при этом сияло каким то внутренним светом вдохновения.

Караван шел неторопясь по каменистой дороге вдоль каменной гряды. Размеряно шагали верблюды, семенили мулы, кони шли степенно, неся своих седаков. Так незаметно пришло время ужина. Македонцев пригласили за общий стол, которым служила обычная длинная скатерть, из непонятного материала, но с красивым арнаментом и изобилием разнообразной еды, постеляной сразу на землю. На них никто не обращал внимания, было видно, что все давно знали друг друга и общались тепло и заботливо, как будто одна большая семья. Такие отношения были в диковинку людям, привыкшим к строгой иерархической системе. Македонцы старались держаться обособленно, сохраняя свои традиции.

- Надо есть больше мяса и фруктов, - сказал Раджаникант. - Не нужно стесняться, выбирайте любое блюдо.

Монах сел рядом с ними и принялся уписывать за обе щеки вареное мясо какого то животного. Каллисфен и Филот присоединились к нему, а Клит выбрал себе виноградное вино и сладкий рис с изюмом. Им показалось забавным, что сколько бы все люди не съели, еда на скатерти не убывала, а странным образом сохраняла свое количество и качество. Бульоны и чаи были горячими, напитки холодными, еда не остывала, а будто только что была приготовлена, хотя прошло приличное время.