Спускаемся мы недолго. Диафрагмы расходятся, выпуская меня из кабины. Ничего не изменилось: те же самые блеклые цвета, хитиновые чешуйки вместо плитки на полу, костяные рёбра стен и потолка. И ощущение затхлости во всём, что меня окружает. Здесь точно никого не было много лет или оборотов. Всё ещё мыслю по инерции, пытаясь привязать образ забытого мира к реальности этого. Сюрреализм…

Быстрое обследование этого и других уровней ничего не дало. Залы были безлюдны, ниши для хранения различных кимбаров, ульмов, оружия пусты, пищевые отростки засохли. Плюс в некоторых местах были следы разрушения: пробитые костяные панели стен, разорванная плоть под ними. Кто-то старался разрушить это место, нанести ему раны, но шпиль остался жив. Только за прошедшие обороты никто им не занимался.

Понимая, что ничего здесь не найду, снова захожу в кильм и нажимаю на самую нижнюю воображаемую кнопку. Ничего, чтобы я не делал, не происходит. Меняю тактику и нажимаю следующую отметку и снова ничего. Пробую нажать самый верх, где был повреждён вход и результат такой же. Понятно — снизу то же всё разрушено. Надо всё равно спуститься ниже, как можно ближе к земле, а там уже искать другой выход.

Кильм смог отвезти меня лишь на четвёртый этаж. Заранее поднимаю руки в стойку и начинаю рефлекторные прыжки на месте. Мне это не кажется глупым. Будто меня учили быть подвижным во время схватки. И от этого места можно ждать чего угодно. Однако, когда обе диафрагмы разошлись, стало ясно, что меня всё еще не сложно вогнать в ступор — я приехал в склеп.

Как иначе назвать это место, пол которого был усеян мумифицированными телами? Кого тут только не было: люди, стройные безглазые существа с острым затылком, отдалённо напоминающие моего димортула, качки без рта, которых мне показывал Хранитель, и знакомые по первой оболочке уродцы с изломанными телами. Приглядевшись лучше, я понял, что это поле боя, так как всё тела были так или иначе повреждены. Некоторые из мертвецов носили инисы, другие были обнажены. Причём последние, судя по положению тел, все были с одной стороны сражения. Да, мертвецы явно дрались друг с другом.

Тут в голове словно что-то щёлкнуло. Я стал смотреть на открывшуюся картину другим взглядом. Будто мне не впервой видеть такое. Спокойствие и безразличие овладели мной. Даже брезгливость куда-то отступила.

Подобно хладнокровному исследователю или вивисектору передвигаюсь среди лежащих в коридоре тел. Сколько же их здесь? Счёт идёт не на десятки. Сотни, тысячи, а то и больше. Присаживаюсь рядом с одним и изучаю его. Двойник моего димортула, только более тощий и костлявый, но явно сильный. Грудь и живот рассечены острым лезвием, наружу выставлены засохшие кишки. Напрягаюсь и раздвигаю внешний панцирь, изучая внутренности.