— Как так? Муж принцессы — он же просто бедный родственник и всё? — задал вопрос я.

— А вот так. По традициям Южного Инзера трон наследует старший мужчина в основной наследственной ветви и воцарился бы тогда зятёк, особенно если бы он нашёл общий язык со знатью и народ бы не взбунтовался. И тогда бедным родственником был бы Коннэбль. Тем более, что правило не строгое, принцесса тоже может воцарить, то есть, того… вкоролевить. Не знаю, как правильно, уж простите, грамоте не шибко обучен.

— Ничего, смысл ясен. А сколько лет было принцессе… Ну, когда она того, на сук напоролась? — спросил я.

Бармен задумчиво почесал криво побритый подбородок.

— Вообще-то, ей лет пятнадцать было. Ещё бы три года и ей бы пришла пора замуж… Но тут странное дело, если уж вы упоминали древо на храме… Короче, там получается, что ей было старше.

— Судя по надписи на древе, — подсказал Рэд, — Мирианида умерла в возрасте двадцати шести лет.

Бармен кивнул гривой и отхлебнул из бокала сразу половину порции.

— Вот это и странно. Вроде примерно пятнадцать было или около того, а теперь получается, вроде и двадцать шесть… Может, память меня подводит… Да не, не сходится. И в то же время это древо на храме! Оно же не может врать…

— Ну да, ну да, — ответил я. — А в двадцать шесть она бы уже, как ни крути, была бы замужней?

Бармен усмехнулся.

— Да уж, конечно, девка с таким происхождением и статусом в старых девах не засидится, даже если бы она была кривая и больная. Должен быть муж, то есть вдовец… Ну, если ошибки нет в древе. Хотя, откуда бы там взяться ошибке, это же не надпись на стене у сортира.

— А спросить у кого-то из властей? — невинно предложил Рэд.

— Да ты что, — аж присел бармен. — Голова, что ли, лишняя у тебя? Кто был любопытным в нашем городе, тот с появлением Цербера стал исчезать, причём иногда такого шибко умного арестовывали прямо среди белого дня, а потом он пропадал. И желания спрашивать теперь уже про пропавшего дураков не было. Народ быстро смекнул, что длинный язык в славном городе Лемез ведёт в могилу через подвалы главной управы городской стражи, логова Цербера. И вы тоже, не вздумайте спрашивать. Кто любопытный, тот долго не живёт.

— А кто вообще ведает древом? Ну, заполнением рисунка, датами там, надписями?

— Известно кто. Великий библиотекарь, глава архива и библиотеки королевства, он же королевский летописец и главный в городе грамотей.

— И что он за человек, этот Великий…?

— Ну, Великим-то его никто не называет, а просто Библиотекарем. Живёт такой у нас в городе, ага. Хлеб жуёт. Старый книжный червь боится Цербера до икоты. Чуть что, сразу же пугается, собственной тени боится. Однако и лишних вопросов на задаёт и когда ему задают, не приветствует. Чуть что, бежит докладывать Церберу… Ну… Так говорят.